Так вот, когда Алина проснулась и начала выяснять, где оказалась, администраторша позвонила мне в номер.
— Ваша эта дамочка протрезвела, зайдите! — на одном дыхании выпалила женщина. — А то она после принятого не понимает, где находится.
Подойдя к дверям номера, я трижды постучал. За дверью послышались шаги. Глазка не было, поэтому на несколько секунд, когда Алина к двери подошла, повисла тишина. Потом раздалось неуверенное:
— Кто там?
— Уборка номера, — зачем-то решил пошутить я, но, поняв, что девчонка от такого еще больше струхнула, добавил: — Открывай, Алина, свои. Это Сергей, я у тебя вещи оставил.
Замок провернулся, дверь открылась и на пороге возникла девчонка. Она была одета в сорочку и платье в пол, вещи были ей великоваты и явно заношены. Не знаю, откуда Муха притащил тряпки, но когда я вернулся на «Динамо», Алина была уже в них. Проститутка внимательно всмотрелась в мое лицо, прищурившись.
— Ты?… — она, кажется, с трудом меня вспомнила, а ее слова вчера, когда она меня узнала, были краткосрочной вспышкой, теперь потухшей.
— Зайти-то можно, или так и будем на пороге стоять? — усилил я напор.
— Да… проходи.
Я зашел в номер, огляделся. Алина успела заправить постель, съела завтрак, который приносили в номер. И на первый взгляд вполне себе неплохо устроилась. На кровати лежали чулки, которые она с себя сняла. В целом, глядя на девчонку в в этом странном, но все-таки приличном одеянии, о ней можно было подумать что угодно, но лишь в последнюю очередь я бы заподозрил ее в занятии проституцией.
— Присаживайся, — Алина поправила покрывало на кровати.
Я предложение принял, присел, она уселась рядом. Судя по ее растерянному виду, ночная бабочка не понимала, что происходит, и похоже, что ждала каких-то объяснений от меня. Логично предположив, что я не просто так оказался здесь.
— Ты что-нибудь помнишь? — я начал издалека.
— У-у, — девушка покачала головой. — Голова болит… я пила? Я закурю, Сергей?
Она вставила в зубы сигарету, закурила. Помня, что у нее есть эта пагубная привычка и учитывая сложившиеся обстоятельства, я не стал ей запрещать. Тем более, разговор предстоял непростой. Пусть себе курит на здоровье, пока курится.
— Что ты помнишь последнее, Алин? — по другому спросил я.
Она нахмурилась, вспоминая. Сбила пепел с кончика сигареты в полупустую чашку с утренним кофе.
— От Карена приезжали, — припомнила она, вздрогнув всем телом. Видимо, воспоминания были не самые приятные. — Нам в гостинице показывали фотографию человека… твою, Сереж, они искали тебя. Тамара припомнила, что ты заходил пару недель назад и обслуживался у меня.