В их сотрудничестве для меня была очевидная выгода, которую я осознал далеко не сразу. Их совместные исследования могли помочь мне воплотить моё собственное желание:
Возродить Марию в самом полном смысле этого слова. Без недостатков, без ограничений, я хотел зайти намного дальше изначальных планов и приблизить её существование к себе настолько, насколько это вообще было возможно и невозможно. В обычном случае это было бы невыполимо, но этот мир множество раз успел доказать обратное.
И ради этого я готов был зайти очень далеко.
Даже если путь к этому займёт намного дольше, чем я предполагал изначально.
Германа нельзя было назвать чутким человеком. Старик был отнюдь не глупым, обучил немало охотников, неплохо разобравшись в людях, но Кукла оставалась для него загадкой.
Идеализированный образ Марии не проявлял много эмоций. Кукольная внешность ещё больше усложняла попытки разобраться в том, что красавица чувствовала и чувствовала ли вообще.
По какой-то причине этот день (ночь?) стал исключением: Герман, не без удивления для себя, определённо мог увидеть, что настроение Куклы было очень и очень приподнятым.
На кукольном лице отчётливо виднелась улыбка, глаза странно блестели, почти весь день Кукла провела в саду и, старый охотник готов был поспорить, что-то напевала себе под нос.
Герман так и не осмелился задать вопрос. Но, так или иначе, был рад, что она чувствовала душевный подъем, лишь догадываясь о причинах.
Сама же Кукла, совсем не обращая внимания на Сон Охотника, сидя среди цветов, мыслями была совсем в другом месте.
Связанная с леди Марией, иногда до неё доходили образы и сны, отголоски её эмоций и чувств.
Освободившаяся от своего последнего сожаления, пережившая длительное время с постоянными мыслями о том, что Артур может исчезнуть в любой момент, сейчас она как ни в чём не бывало танцевала.
В самом обычном пустом зале самого обычного театра, коих в Ярнаме было не один и не два, с единственной зрительницей в виде хлопающей девушки в синей шляпке, Мария, что никогда не могла похвастаться любовью к роскошным платьям и уж тем более танцам, сейчас была на седьмом небе от счастья, словно исполнили её самую сокровенную мечту.
Все проблемы, пусть и не навсегда, были позади. Остался лишь любимый мужчина, с которым она, в полумраке, танцевала медленный танец, забыв обо всех ужасах, через которые уже прошла и через которые ей лишь предстоит пройти.
Сейчас они не имели никакого значения.
— Какой сладкий сон… — пробормотала Кукла, прикрывая глаза. — Спасибо, что позволяешь мне и дальше видеть его, Песочный человек…