Все снова заговорили, перебивая друг друга; кажется, всех так увлекла идея, что на время тут забыли про мой высокий статус. И это очень хорошо!
— Каковы же будут условия? — осведомился Тутомлин.
— Мы составим компанию, разбитую на паи. Прибыль, как водится, будем делить сообразно размерам пая. Машины нужны и казённым заводам, и верфям, и разного рода заводам; а уж когда мы поставим их на суда.… В общем, золотое дно!
Члены общества, по крайней мере, некоторые, были покорены; провели подписку, по которой собрали сорок тысяч рублей. Осталось всего ничего — уговорить Ротшильда Хорнблауэра.
Что же, я немедленно пригласил его, а заодно Чернышёва и Воронцова, для конкретного разговора. Господа начальники коллегий были нужны, дабы придать нужный вес беседе. Ведь я, хоть и Великий князь, а всё же — отрок, малолетка. Никто напрямую со мною никаких дел вести не будет — вдруг этот юнец завтра передумает… А с министрами вроде бы всё конкретнее получается.
— Итак, мистер Хорнблауэр, мы предлагаем следующее. Вы перевезёте всё свое предприятие, я вам добуду казённое помещение; средства же, вложенные пайщиками из Вольного общества, пойдут на возмещение затрат на ваш переезд, постройку дополнительных корпусов, покроют расходы по монтажу оборудования, и послужат оборотным капиталом для постройки первых заказов. Как вам такое?
— А как же тогда мы определим цену паёв? Вот, скажем, моё оборудование, которое я ввезу — сколько оно будет стоить в России?
— Полагаю, что цену его уместно определить по таможенной оценке!
— О, таможенные чиновники настолько продажные….
— Нет, — решительно возразил Воронцов. — У нас на петербургской таможне служит честнейший человек, господин Радищев — вы вполне можете ему довериться!
— Позвольте прежде познакомится с ним!
— Извольте, нет ничего проще!
— А то, что вы говорили про гарантии заказов…
— Заказы будут — твёрдо пообещал я.
Итак, с братьями Хорнблауэр удалось договориться. Джонатан остался в Петербурге, готовить помещения под прием оборудования, его брат поехал в Англию, заниматься переездом. Срочно понадобились деньги, примерно 10 тысяч серебром; из них 7 тыс. руб. удалось получить от Воронцова взаймы, с правом последнего обратить их в пай, ещё 3 тыс. одолжил Павел Демидов.
По первой чистой ото льдов воде оборудование завода Хорнблауэра прибыло в Кронштадт. В Вольном обществе была открыта подписка на паи предприятия, получившего название «Балтийский завод». Через Чернышёва удалось найти несколько пакгаузов недалеко от берега Финского залива, снабжённых просторною территорией; здесь заложили ещё несколько цехов, причал для разгрузки оборудования прямо с корабля, и фундаменты для паровых машин и тяжёлых станков.