А вот полицейские, попав в эти условия, как-то на глазах подобрались, превратившись из этаких добродушных болтунов в настороженных хищников. Впрочем, уже через несколько минут Рябов увидел, что подобное поведение со стороны их вполне оправдано. И, нет, никто на них за этот короткий срок так, чтобы явно, не напал. Просто бабка, идущая навстречу с коромыслом и парой пустых ведер, отступила в сторону, пропуская, и, шепча какие-то невнятные слова, сплюнула им вслед.
— Между прочим, на вас, всех троих, наложено самое настоящее проклятие, — мысленно уведомил своего патрона рогатый невидимка, словно Андрей и сам этого не почувствовал. Эх, монахов тут на эту ведьму нет! И вот как, спрашивается, в таком вот случае поступить?
— Бабка, как тебя зовут? — Рявкнул он в спину удаляющейся старухи. Считай, ты допрыгалась со своей порчей, я прямо сейчас же вызываю монахов, пусть теперь они тебя вразумляют. При этом он, словно в негодовании протянул вслед припустившей от них старухи руку и сделал проворачивающее движение кистью с одновременным носовым выдохом. Идущие рядом полицейские вообще не поняли ни того, что на них проклятие наложили, ни ответных действий Андрея.
— Мог бы так-то уж сильно и не жалеть порчи, мысленно прокомментировал его действия невидимый спутник. — За одну-то единицу порчи бабка от силы до вечера проикает.
— Ты, практикант, потише тут, на улицах, себя веди, — почти осуждающе предостерег Рябова Карп. Местные запросто, за подобные необоснованные угрозы в адрес старушки из их квартала, могут и наброситься.
— Необоснованные угрозы? — Хмыкнул парень, — да она на нас всех какое-то проклятие наложила.
— Да иди ты! — Не сразу поверили Андрею его спутники. — С чего ты взял?
— Ну, я все же в училище тайной канцелярии обучался, — скромно признался им Рябов, чем вызвал серию опасливых взглядов в своем направлении. Ага, с подобной реакцией в адрес чинов из этой организации Андрей сталкивался не раз. Спрашивается, какого лешего, если именно экспедиторы и стоят на переднем рубеже защиты обычных подданных императора от происков темных сил? Но вот так вот. Бытует у народа практически твердая убежденность, что, имея постоянные дела с чернотой, нельзя самому в ней не измазаться. Если бы не принадлежность к государственным структурам, те же монахи, проповедующие всеочищающий свет, их бы давно уже в свой острог или даже на костер потащили.
— Твое благородие, а ты нам не врешь часом? — Все же отважился поинтересоваться у него Иван. На него заявление Рябова о наложенном проклятии произвело, похоже, намного более сильное впечатление.