Вчерашний разговор с Ривом не шел из головы, а еще… Миали . Кажется, тогда меня так назвал Рив? Просто перепутал?
Что же ты от меня прячешь, Рив? Почему не хочешь говорить правду? Или ты уже всё мне сказал, а мое глупое привороженное сердце не желает верить в очевидное? Он просто возвращает долг.
Весь день прошел в работе, даже пообедать не успела, а к ужину вернулся Альфи. Я сидела на кухне, вяло ковыряясь вилкой в тарелке.
— Где ты был?
— Бегал… то тут, то там, — пожал плечами Альфи, отводя взгляд. — А чем это тут пахнет? М-м, пельмени! Люблю Рива: ко всему-то он подходит ответственно, основательно, забивая морозильную камеру такими необходимыми полуфабрикатами…
— Альфи, ты уходишь от темы.
— Неужели?
— Альфи!
— Ладно-ладно, — вздохнув корги и сел за стол, забрав себе мою тарелку с пельменями. Подумав, он отложил мне на блюдце два пельменя. Сжалившись, добавил третий. — В общем, я собирал информацию.
— Какую?
— Правильный вопрос не «какую», а «о ком», — поправил меня корги, уплетая пельмени. Я не спорила, довольствуясь своими тремя. — О первой душе, что была у Ривадавира.
— Первой?
— Её звали Миали, — кивнул Альфи. — Мало кто её помнит, еще меньше тех, кто её видел. Но те, кто видел, описывают её, как…
Динь-Дон! Динь-Дон!
— Кажется, кто-то пришел, — радость, что ему позволили уйти от темы, сквозила в голосе Альфи. — Тебе следует поторопиться и встретить нашего гостя. Эх, жаль, все пельмешки съедены…
Я закатила глаза и поспешила к входной двери. Чем быстрее выпровожу незваного гостя, тем быстрее узнаю ответы на свои вопросы.
— Женя, — открыв дверь, я увидела на пороге Лафу — заплаканную, с кровоподтеком на левой скуле и с синяком на подбородке. Шел дождь, поэтому её одежда была мокрой, а сама женщина дрожала как осиновый лист на ветру в наступившей ночи. — Женя… мне больно.
Я вижу. Схватив девушку за руку, я затащила её в хранилище и плевать, если мне нельзя этого делать — впускать посторонних. Приобняв подругу и совершенно не заботясь о том, что сама намокну, я повела её на кухню и усадила за стол. Пройдя к плите, я принялась заваривать чай.
— Альфи, принеси плед нашей гостье.
— Сей момент, — кивнул Альфи и вышел.
— Он опять, — всхлипнула Лафу, уровнив голову на ладони, — он опять… понимаешь, опять⁈ Я так больше не могу, Женя, не могу!
— Тебе нужно согреться, — прошептала я, поставила перед ней большую кружку — обычно из неё пил Рив — и забрала у вернувшегося Альфи теплый плед, укрыв им плечи подруги. — Выпей.
Женщина кивнула, сделала глоток и вновь всхлипнула.