Я сосредоточился, обратился к источнику порядка и снова позвал:
— Рудо! Вы слышите меня? РУДО!
Сидящая женщина стала чуть ярче, она слегка приоткрыла глаз и посмотрела на меня так, словно только проснулась после долгого сна. Вокруг головы женщины возник и закружился зелёный светлячок, за ним через мгновение — второй. Видимо, врачи уже пришли и запустили медпомощников. Пора и мне начать работать! Я вытянул нить из кролика и прикрепил к солнечному сплетению женщины, полип прикрепился и слегка напрягся.
— Всё будет хорошо, — зачем-то сказал я женщине. — Скоро вам станет лучше. Я надеюсь, что станет. Вы обязательно поправитесь!
И словно в подтверждение моих слов, распад замедлился! Серая пыль прекратила падать с тела женщины, а в глазах Рудо появилась осмысленность. Но почему она злится?
— Нет! — крикнула женщина, махнула культёй и полип с лёгким щелчком оторвался. Сразу же глаза Рудо снова заволокло пеленой, а пыль начала осыпаться с удвоенным усердием. Что случилось? Почему так произошло?
Я вынырнул назад, в комнату, голова слегка кружилась. В комнате стоял крик, за спинами медиков, обступивших кровать, бесновалась Рудо. Она что-то кричала, раскидывала одеяло, подушки, отбрасывала летающие шарики в сторону, дралась с врачами, позади громко ругался президент, обещая все кары небесные на голову лекарей-недоучек, вокруг суетливо бегала служанка и что-то постоянно напевала на высоких нотах. Профессор Немолов молча сидел в кресле, сильно сжимая подлокотники пальцами. Бледная Полина Евгеньевна беспокойно переводила взгляд от одного к другому.
— Сергей Петрович, — я наклонился к профессору, в голове всё ещё слегка шумело и очень хотелось пить, — я не знаю, что делать. Она отказалась.
— Что она отказалась? — Сергей Петрович мельком посмотрел на меня и снова перевёл внимательный взгляд в сторону шатающейся кровати.
— Она не захотела подключаться к якорю, — я показал профессору фигурку кролика.
— Ксюш, — профессор обернулся назад, — почему пациент может отказываться от лечения?
За спинками наших кресел стояла Ксения Ивановна, она всё ещё была бледной, но круги под глазами уже исчезли.
— Я могу задать уточняющие вопросы, Серёж? — психолог перевела взгляд на профессора Немолова.
— Это ты у Тиаретайры спрашивай, — кивнул мужчина в мою сторону. — Ти, в каком состоянии сейчас женщина?
— … больше ноги нашей не будет в вашем драном королевстве! Недоучки! Чему вас только учат! И это лучшие врачи⁈ Сегодня же выдвинемся прочь отсюда…
— У неё нет части головы, одна рука испарилась до локтя, вторая полностью, плюс из тела постоянно сыпется какой-то серый песок. Когда она отказалась от лечения, то разрушение началось быстрее.