Коньяков открыл рот, но ничего не ответил. Время шло, а особняк не достроен. Здесь нужно работать в две смены, но эти глупые суеверия…
— А мигрантов нанять?
— Вы… хотите, чтобы ваш дом был построен низкоквалифицированными работниками? — опешил бригадир. — Не, ну вы, как хотите, мигрантам плевать на суеверия. Но вот качество работы будет…
— Плевать! Хоть всех тут увольняй и заменяй на мигрантов! Мне главное, чтобы дом был построен в срок. Нет, нужно построить раньше срока! Так что бери столько людей, сколько сможешь найти.
— Понял… хорошо…
— Гу-ча! — раздался возглас, а потом и крики мужиков.
Из-за большого экскаватора выскочил ошарашенный гоблин. Впрочем, строители были не менее ошарашены.
— Гу-у-у-уча! — вскрикнул зелёный, пытаясь напугать мужиков. Но вдруг к нему подбежал мужчина в каске и с лопатой в руках. Да как огреет по морде…
А там ещё один прибежал с ломом, и вдвоём они превратили гоблина в груду мёртвого мяса.
— Господин… — заговорил бригадир, смотря на труп зелёного. — К чёрту, я увольняюсь! Здесь слишком опасно работать!
Мужчина скинул с себя каску и поспешил к новому вагончику, где люди хранили свои вещи.
— А ну стоять! — рявкнул граф. — Я зарплату увеличу!
— Зачем покойнику деньги⁈ — крикнул бригадир. — Детишки были правы! И это только начало! Монстры продолжат появляться! А если начнётся Выброс, как в академии недавно? Я не хочу умирать!
Тихо выругавшись и наблюдая, как строители массово бросают работу, граф достал телефон да набрал номер тестя. Всё же это его была идея занять землю Рысевых…
Городское кладбище.
Вечер.
— Ба, прости нас, что мы так поздно, — сказал я, кладя большой букет гвоздик на могилу бабушки. Пусть она нам и не родная, но именно она шесть лет была нам матерью, наставником и самым близким человеком в мире.
— Да, бабуль, прости нас, — добавила Даша. — И ты хоть и говорила, чтобы мы не приходили и, забыв о тебе, жили своей жизнью, но не можем мы так. К тому же! Мы с Андрюшей официально женаты!
— Да, Ба, эта дурында теперь моя жена. И мы с ней творим всякий разврат, как взрослые люди.
— Дурак, блин, — Даша поколотила меня и присела перед могилой.
На каменном кресте был изображён лик бабушки. Но вот год смерти они указали неверно. Бабушка умерла тридцать первого декабря, а не после наступления Нового года.
— Бабуль, у нас всё хорошо, — продолжил я, проведя ладонью по кресту. — И обещаю, что всё будет ещё лучше. Мы нарожаем кучу детей. Потом у нас появятся внуки. Ну а ещё мы убьём всех врагов.