— Я горжусь тобой, моя сильная девочка, — хрипло шепнул он. — Прости, времени нет. Помни о долге.
Краем глаза я заметила, как мне в висок летит его кулак.
Дальше темнота.
Сознание возвращалось постепенно… Темно. Пытаясь понять, что происходит, и с трудом разлепив веки, я повела руками, ощупывая вокруг. Очень громко пахло смертью. Я попыталась приподняться.
Лежу на траве. А сверху что-то тяжелое… Повозка? Да, кажется она… Я уперлась руками в доски, но так просто приподнять не смогла.
— Эй! — крикнула. — Есть кто? Я тут! Меня придавило!
Никто не ответил.
Угу, понятно. Мы на этой повозке овощи возим, она легкая, подниму… Я сосредоточилась, концентрируя Силу. Бычья родовая мощь влетела в кровь, махом наполняя меня собой настолько, что я одним рывком откинула перевернутую повозку. Та отлетела и с грохотом приземлилась на все четыре колеса.
Довольная своей маленькой победой, я приподнялась и пальцы тут же вступили во что-то липкое. Ноздри шевельнулись, чувствуя кровь.
В груди тревожно застучало, заныло. Я бы захныкала как сестры, но я не такая, я сильная, сначала сражаться буду.
«Плакать потом, Берта, потом…»
— Мама? — я прикусила щеку, настороженно оглядываясь.
Мне никто не ответил. Осенний луг под серым небом шумел тоскливо, безнадежно. Я начала рассуждать:
«Отец всех в повозку сажал, значит… Где сестры? Где буйвол? Повозку ведь буйвол должен везти, он-то где? Где все?», — осмотрелась. На траве стояла только одинокая повозка, валялось несколько тряпок, виднелись лужицы крови, да стояла я.
Ничего не понимая, я побрела по лугу, стараясь идти по следам повозки. Пока шла, поняла, что платье перепачкано. Это значило, что будут ругать. Но у меня же уважительная причина: повозка перевернулась, буйвол — сбежал.
«…и сестры, наверное, вместе с ним», — я продолжала думать. — «А мама за сестрами побежала, точно. Они же маленькие восьмилетки, неразумные ещё. Домой пойду. Времени много прошло, Хаос отец наверняка уже победил, а если еще осталось что-то, я помогу».
Логичные рассуждения подбодрили, и я энергично потопала назад. Прошло около часа, прежде чем я дошла. Почти дошла… Вокруг нашего большого дома расстилались луга и сам дом можно было разглядеть издалека. Первой всегда показывалась вызывающая ярко-красная точка: крыша. Под ней виднелась белая точка стен. Шагая, я выискивала глазами эти две точки, но их всё не было и не было. Я недоуменно хмурилась, понимая, что они уже должны были показаться, но первой заметила не крышу, а свежую трещину на лугу. Земной разрыв, обнаживший под зеленой травой влажную бурую землю, вел к дому.