Зато роли свои отыграли девушки на славу.
За ними следили многие, кстати.
Голицыны и Трубецкие, в том числе. Они, как, впрочем, и многие именитые семейства города, появились практически полным составом, что тоже показалось странным. Уважаемые отчего-то догадывались об общении девчат с убиенным Феликсом, и посему открыто контролировали их реакцию.
Но подруги покинувшего мир Рюрика великолепно всё разыграли. Были бледны и постоянно плакали. Ксандра так в роль вошла, что и впрямь выдрала себе клок волос. Больно, наверно, зато так всё достоверно вышло, что у Егора Трубецкого отвисла челюсть, и он самолично положил цветок на крышку гроба Феликса. Кстати, Марфа точно заметила, что он перестал общаться с Голициными и вообще изменился, после общения с Феликсом.
Глава города произнёс речь, после чего сразу уступил место графу Барклаю, отметившему невероятное мужество всех погибших при выполнении опасного задания по доставке артефактов.
Приятно даже стало, радостно, и гордость наполнила сердце девушки. И, судя по реакции Анны и Роксаны, не у одной Марфы, а у всей компании поднялось настроение из-за этого. Подумала ещё, а почему они втроём тесно не общаются? С Феликсом ведь все они дружат.
В общем… осадок остался и вроде непонятное чувство в душе разыгралось…
— Кто поедет к Феликсу? — во второй раз задала вопрос Ксандра, разглядывая девчат, задумчиво сидевших после прощания. — Ну, может, жребий потяните?
— Я точно не могу, — отмахнулась Анна, при этом на лице проявилась досада. — Дел полно и маменька ожидает подробностей.
Она перевела взгляд на Марфу.
— Не могу сказать, что смогу отправиться к нему, — среагировала княжна Шуйская. — Да и осерчает он, не воскрес же ещё, — добавила девушка, опустив глаза и сосредоточившись на чашке.
В это время вбежал Виктор.
— Ксандра, беда! — выдал работник и испуганно глянул на благородных особ, чинно пьющих напитки из самовара в компании хозяйки. — Ой, простите великодушно, — он поклонился в пояс. — Заработался!
— Да всё сегодня нормально, — отмахнулась Роксана.
— Чего у тебя там? — наконец, дошла очередь до реплики хозяйки.
— Там все едят и пьют всё! — Виктор развёл руками. — Господин Грох беспокоится за закуски к прощальному ужину. Народищу уйма!
— Охо-хо! — покачала головой хозяйка. — Я пошла выручать своего мужика, а вы уж сами разбирайтесь, кто и когда, — она поднялась со стула, вышла из-за стола и надела фартук. — Пойдём, Виктор, иначе я потеряю своего будущего мужа.
С этой фразой их посиделки после прощания с убиенными закончились. Девушки дали хозяйке уйти заниматься делами и вскоре разъехались сами.