Мои слова подействовали именно так, как и положено. Обе магические личности вздрогнули и на мгновение исчезли в поволоке голубоватого марева. Когда эта дымка рассеялась, Калигула и Чукча предстали передо мной с серьёзными выражениями на лицах, и трезвыми, как стеклышки.
— Твоя, вот, хозяина, не правая сейчас, аднака, — подал заявку на неоригинальность усатый. — Мы с Калигулай честно заработанный праздник устраивали, мала-мала, а твоя чево? Твоя, как стала начальникой опять и всё нам счастие сломала! — выговорился рыжий, выплеснув в слог всё своё негодование.
Я потеребил подбородок и указал им на дверь в свою комнату, чтобы не отсвечивать посреди коридора, и не стать предметом изучения проснувшихся товарищей. Заодно подумал и о сказанном, решая дилемму, мне извиняться или продолжить вариант с поведением строгого хозяина.
— Наша пошла уже, пошла, — Чукча донёс информацию за обоих. — Вот! Ну, стоило только чуточку расслабиться, после ночи трудоёмкай, как бац — и нате вам! Идите да совещайтеся с начальникой, аднака. А сам-то, вона как жутко мне сделал в настроении, когда выспрашивал у разбойников всякое, ужо и не такое интересное, как по мне-то, — напомнил он о своей осведомлённости моего поведения на допросах. — Калигула даже слово сказать боится аднака, как моя ему рассказал пару подробностев! — завершил он недовольное бурчание, а скорее, причитание.
Оба, приведшие себя в порядок собутыльника, подошли к моей двери и встали, ожидая, когда я войду сам и впущу эту спевшуюся парочку разгильдяев. А меня вдруг посетил вопрос, а с чего это они без часовщиков и русалок слонялись? Да уж, теперь-то ладно.
Войдя, я сразу принялся раздеваться, во второй раз за эту ночь, сопровождаемый пристальными взглядами Элементаля с Фамильяром, расположившимися на столешнице, в аккурат между блюдец. Сбрасывая рубаху, я вдруг понял, что являюсь объектом интереса не только этой парочки. Огляделся, в поисках причины такого своего ощущения и остановил внимание на зеркале.
В нём, другой я из-за зазеркалья с укоризной ощупывал шею в том месте, где Ксения оставила мне памятку о незабываемой ночи. Вот же! Досадно. Я поспешил напялить рубаху обратно, во избежание лишних вопросов от того же Гришки, что вот-вот ко мне явится.
— Усатый, а усатый? — я отвлёк рыжего от поиска крошек. — Первым докладывай, как всё прошло у Тимохи?
— Хозяина! — нехотя откликнулся деспот. — Пускай твоя конкретику внесёт, однака, по какому этапу задания вопрос? — начал он вредничать.
— Дождёшься ты у меня сухарей на простынь! — озадачил я его методом наказания, а сам не учёл, что только обрадовал его этой угрозой. — Короче! Место, когда вычислил, ну… С теми, кому супостат Седерик плату понёс, Тимофей срисовал место?