— Это как? — мгновенно озадачилась Шуйская.
Роксана не стала кидать вопрошающих фраз, а лишь широко раскрыла глаза.
Выражение блондинистой девицы сменилось с грустного на какое-то азартное. То ли от накатившего на неё воодушевления из-за закончившегося наезда с моей стороны, то ли от предчувствия наступающего времени опасных приключений. А может и из-за всех этих факторов, сложенных вместе.
— План ещё сыроват, но я уверен, что его стоит попробовать, — я сменил выражение умственных изысканий на творческое озарение, и наморщил лоб. — У вас есть с собой камни памяти, те самые, рубиновые артефакты? А? Никак не поверю, что вы не носите их… Так… Ну, чисто на всякий случай, — я одарил барышень вопросительным взглядом, дополненным хитрым прищуром.
— Д-допустим…
— Предположим, имеются.
Ответ прозвучал одновременно от обеих княжон, но с толикой неуверенности, или с опасением в голосе.
Бам! Бам! Бам! Трах! Бух! Бух!
Снаружи буквально забарабанили.
Входная дверь в мою комнатку несколько раз содрогнулась под интенсивными ударами. И, скорее всего, исполняемых ногами, а не руками нетерпеливого визитёра. Когда же закончится эта ночь?
— Не заперто! — я подал обычную реплику, к которой начал уже привыкать. — Входите, раз других дел по ночам нету, окромя как Феликса проведывать, и беседы беседовать… Или отношения со мной выяснять.
Паузы из-за застенчивости визитёра не последовало.
Дверь моментально распахнулась, открыв нам вид на гостей, которых я никак не ожидал встретить в своей комнатушке в столь поздний час.
Это высочество, Иван Годунов и Полина, грозная и страшная, как ядерная война. Прям искрит злостью на меня, и щедро посыпает радиоактивным пеплом, если образно выразиться. А ещё и Артур, спокойно вошедший последним, и с нормальным выражением не выспавшегося человека.
— Чем вы тут занимаетесь⁉ — выпалила моя суженная, поочерёдно впиваясь взглядом переполненного гнева, в каждого из присутствующих.
— Уж поверь, что не разглядыванием саркофагов, гуляя под ручку в лунную ночь! — я вернул ей ту самую степень раздражения, что она щедро мне демонстрирует. — Мы, в отличии от вас, уважаемые, заняты решением проблем! А вы — пытаетесь подловить меня, сударыня, за делами неблагородными, непозволительными, и в уме не укладывающимися! Неужто ты и впрямь надеялась застать этих красавиц в моей постели? — я не стал заморачиваться с подбором фраз, подобающих лексикону аристократов.
Мой упреждающий наезд сбил настрой на скандал с одиозной графини Потёмкиной.
Она резко успокоилась и опустилась на свободный стул, пренебрегая услугами Ивана Годунова, попытавшегося поухаживать за ней. Ну, до чего железная барышня, в чём я опять убеждаюсь. Непробиваемая. Способная возвращать контроль над собой в любых ситуациях.