— Здравствуйте! Вы не поможете мне? Я ищу Старого Вилли. Мне сказали искать его тут, — обратился я к нему.
Он, тем временем, оглядел меня, махнул рукой мне за спину и прогремел грубым голосом:
— Он пьян в бревно, не добудишься. Зелье чистого сознания — один серебряник.
— Эээ, а зелье зачем? — не понял я.
— Как зачем? Он тебе нужен? Нужен. Он в бревно? В бревно. Зелье зальёшь — он зенки-то и разует, — стал терпеливо объяснять великан.
— Понял, не дурак, — сказал я, а сам начал себя ощупывать, где денег-то взять? Серый великан рассмотрел меня, а затем ткнул пальцем в район моего пояса. Я глянул и увидел серенький мешочек, болтающийся на шнурке, который изображал роль пояса. Заглянув в него, я обнаружил два серебряника. Через секунду перед глазами выскочила менюшка, в ней были три вкладки: размен денег, перевести с личного счёта, перевести на личный счёт. Всё просто, как для особо умных игроков, вроде меня. Я закрыл меню и начал рассматривать монеты. Простой кругляш сантиметра два в диаметре и без гравировки, но идеально круглый. Один отдал… бармену? Он протянул мне пузырёк с мутной жидкостью. Я, подойдя к пьяному телу, спящему в тарелке чего-то недоеденного, откинул его голову и залил в рот зелье, нос предусмотрительно закрыл. Глаза открылись, и Старый Вилли закашлялся. После того, как пришёл в себя, он прокричал бармену: «Я что тебе говорил? Сработало! А ты всё боялся, Грым! »
— Что, сработало? — не понял я.
— Я тут бесплатную выпивку себе организовал, с Грымом мы договорились: он ставит мне бочонок креплёного за 30 медяков бесплатно, а потом продаёт за серебряный, дешевое зелье «вытрезвина» за 3 медяка, таким, как ты. Я набухиваюсь в зюзю и в коматозе дожидаюсь таких, как ты, тем, кому я нужен. Они покупают зелье, узнают, что им нужно, и я начинаю надираться по-новой. Неиссякаемое бухло!
— Хорошо, смотрю, устроился — вечно пьяный забесплатно, — проговорил я, начиная хмуриться. Не люблю, когда меня разводят.
— Не серчай, просто от моей работы воротит уже — волосы впору на голове рвать. С этими банями мне уж совсем плешь проели.
— Да не сержусь я, просто всё непривычно, жуть — как чего и почём и ещё бы не натворить ненароком чего.
— Да ты не тушуйся, тауран — чего меня искал-то? — спросил меня этот мужичок.
— Работу ищу, — не стал выдумывать я.
— Эка ты удачно зашёл — работы у меня валом: есть разовая, есть и на постоянной основе.
— Постоянная, — тут же перебил я его. Мне работа нужна, не бегать же мне и зверушек бить? А то бред какой-то — как мне около миллиона скопить?
— Ну, в общем, дрова для городских бань нужны мне очень — ваш брат бессмертный бани очень любит, да погорячее, да с пивком, а если со жрицами храма любви, так и на монету его раскрутить можно, только вот беда — ваш брат работать-то совсем не желает. Дрова-то добыть — и то некому. Ты вот, что, дровишки из лесу таскай, а я у тебя всё скупать буду: за бревно в твой рост, коль притащишь, отдам 2 медяка, за то же бревно, но чурбаками в твой локоть, отдам 8 медяков за чурбак. Но, коль ещё и дровами расколотыми принесёшь не более четверти от чурки, тут я тебе 20 меди отсыплю за 4 штуки. Знаю, что цена завышена, но с дровами в городе совсем туго.