Тесак так и не желал вылезать, в рёбра стреляло страшной болью, но я не сдавался:
— Так это ты говядина? — я ощерился улыбкой, отыгрывая роль до конца.
Моего конца, блин. Сердце забилось, как бешеное.
— Му-у-у!!! — монстр пошёл ещё быстрее, хлопая кулаком в ладонь.
Вот нафиг, не выдерну. Я задёргался из последних усилий, но в глазах потемнело от боли.
Бросив рукоять, я отскочил и выставил дубинку. Прижал руку к рёбрам. Больно. Страшно.
В двух шагах красные глазки сверлят меня, ноздри раздуваются.
— И-и-ия!
Минотавр чуть не споткнулся, когда ему в затылок прилетело камнем. Биби бросала удивительно метко.
В меня даже шерстинки попали…
— Му-у-у-у!!! — с криком ярости монстр развернулся обратно и понёсся на обидчицу, не разбирая дороги.
Биби замерла с круглыми глазами, стоя в одиночестве. Бобр хоть и кинулся на перехват, но был далеко. А я-то и подавно, только кинул вслед дубинку.
Поздно. Со всей дури минотавр, опустив рога, влетел в Манюрову, и я зажмурился. Грохот удара прокатился под сводами.
На миг я представил, как девчонку размазывает по каменной стене, брызгает кровь…
В пещере воцарилась тишина.
— М-м-м!!! — только Кент нарушал всю трагичность момента.
— Ой, — послышалось от Биби, и я, не веря своим ушам, открыл глаза.
— Твою же… пипец! — вырвалось у меня.
— Ядрён батон!
— Вот зе фак!
— Моему удивлению нет предела, — протянул Лекарь.
— М-м-м! — Кент дёргался на жердях, сотрясая всю конструкцию.
Рыжая скромно стояла перед минотавром, и, покраснев, смотрела на нас.
— Он сам в меня влетел, — она поджала губы, — Честно, я не хотела.
Я выпрямился и потёр лоб. Вот так дела.
— Биби, а что у тебя за врождённый скилл? — спросил я.
— Ну… — трудно было покраснеть ещё больше, но у неё получилось, — я когда боюсь, то… меня не сдвинуть.
— Чё, как столб, что ли? — Бобр подошёл и пнул тело минотавра.
В этот же момент над поверженным монстром появилось облачко света, только намного больше, чем было у сатиров.
— Ну да. Это у нас… ну… от гномов, — и Биби замолчала, судя по всему, достигнув максимального смущения.
— М-м-м!!! М-м-м!
Пришлось всё же снять Кента. Бобр достал ножик, который он, оказывается, стырил ещё у сатиров при входе в пещеру.
— Молодцы, нубы, — ремесленник сразу принял деловой вид, чуть поправляя джинсовый костюм, — Я, конечно, и сам бы справился, но чуть попозже…
— Чё ты впариваешь? — Бобр возмутился, — Тебя чуть не разделали.
— Потом бы справился, — Кент, не обращая внимания, зашёл за пень и выкатил бутыль с белой жидкостью, — У меня всё по плану, я же…
— Не последний человек в Батоне, — со вздохом закончил я, но схватился за рёбра.