— Что касается энергии тонуса, — препод подошёл к соломенному манекену, потом упёрся в него ладонями.
Он стал давить, приподнимаясь на цыпочках, пританцовывая при этом.
— Вы должны ощутить энергию, как жёлтый шар, — он прикрыл глаза, — Оказывайте сопротивление манекену, тогда вы ощутите эту самую энергию. Она всегда есть в вас.
Некоторые, у кого класс подходил, начали заниматься. Я выбрал манекен, пошёл к нему. Но вдруг меня в плечо толкнули.
Лютый!
— Ремесля, у тебя вон, — он кивнул в сторону стоящих у стены столов, — Иди, созидай.
И он упёрся в манекен. Стал давить, пританцовывая.
Я сжал кулаки, понимая, что сейчас заработаю проступок. Рядом Бобр тоже набычился, но тут кастолог призвал к вниманию:
— Ополченцы!
— О, это я, братан!
— Ярость — это ярость. Злость, гнев, — кастолог тряхнул чёлкой, отчеканивая каждое слово, потом подошёл к манекену и стукнул его кулаком.
Тот даже не шелохнулся, а Аргон Энелевич вдруг зарычал:
— Р-р-р-ры!!!
Он стискивал кулаки, оскаливал зубы, и рычал. Только делал это как-то утончённо, расправляя плечи, будто на луну выл, а не на манекен злился:
— Ар-р-ры-ы! Ар-р-р-ры!
Это стало вызывать смех, но кастолог не обращал внимания. Уж очень увлёкся своей «яростью».
Бобр переглянулся со мной, потом прошептал:
— Мне кажется, он только теорией тут владеет.
Я кивнул.
— Надо будет у Тай Луна уточнить…
Делать нечего, Боре пришлось уйти к манекену, и пробовать вызывать внутри себя красный шар, заполняя его яростью. Здоровяк стоял и рычал, смущённо переглядываясь с такими же «рычальщиками».
«Ярость», оказывается, была на нуле в спокойном состоянии, и воинам, чтобы использовать свои умения, для начала надо было вступить в сражение и набить кому-то морду. Ну, или самим получить.
Так что во время любого замеса этой ярости у них хоть отбавляй.
Нас осталось несколько студентов, растерянно оглядывающих занимающихся. Насколько я понял, это тоже были ремесленники.
— Когда вы достигнете умения, у вас будет легко получаться вот это…
И кастолог взмахнул руками, будто огладил шар между ладонями, а потом раскрыл их в сторону мишени. С его ладоней сорвался сгусток и влепился в мишень в пяти шагах от нас. Стойка зашаталась, а соломенная мишень покрылась белым инеем.
Мы едва успели расступиться перед его броском, и мне в лицо пахнуло морозной свежестью от снаряда.
— Ядрён батон, — Бобр оглянулся и вскинул брови, — Он — маг холода?
Кастолог, вернувшись в свою непринуждённую позу, продолжил объяснять.
— Каждое заклинание имеет своё время каста и самые оптимальные движения. Это уже открыто до вас, и вам остаётся только выучить. Продолжайте заниматься.