Он ясно осознавал, что не в состоянии разобрать детали. Оба противника были слишком быстрыми — даже его подготовленного взгляда не хватало, чтобы уловить всю технику. Но всё равно смотрел, не отводя взгляда ни на секунду, почти боясь моргнуть.
Он упёрся в свой предел, но знал, что предела не существует. Просто никто из них недостаточно искусен, чтобы понять, куда ступать дальше. И сейчас, в этом бою, Владимир увидел возможность.
Сила двух сражающихся выражалась не только в их движениях, но и в намерениях. Удары, которые не достигали цели, были не промахами, а проверками, разведкой, лже-ритмом. Иногда, чтобы увидеть путь, достаточно разглядеть во тьме или в пустоте что-то блестящее — слабый блик, огонёк, намёк.
И сейчас Владимир искал именно этот свет, с внутренним трепетом и уважением смотря на парня, ещё недавно бывшего сперва предвысшим, потом высшим, а затем и вовсе перешедшего на новый, неизвестный ранг.
В руке Сергея мелькал меч императора. Каждое его появление в воздухе оставляло за собой тонкий шлейф энергии. Это в некотором роде тревожило мужчину, но одновременно он испытывал и внутренний подъём.
Если… Если этот меч передал сам император, значит, он уже принял решение о том, кто будет следующим императором. Скорее всего, трон займёт принцесса Анастасия, а вместе с ней рядом окажется не только жених, но и будущий муж.
Владимир искренне уважал императора. За ним мужчина был готов и в огонь, и в воду, оставаясь верным до конца жизни. Но с новым, с молодым и таким быстро растущим в силе императором — их страна перейдёт на новую ступень. Выше которой ещё никто не ступал.
Единственное, что действительно беспокоило его — это то, что лезвие меча ранее было уничтожено. Но он знал: это артефакт императорского Рода, и он не подчинится никому, кроме Романовых или же тому, кому они его сами передадут. Даже сломанный, он оставался символом власти.
Эйр смотрела вперёд. Там, разрывая небеса и сокрушая землю, шла битва.
Девушка нервничала. Очень сильно нервничала, то сжимая, то разжимая ладони, иногда с силой вдавливая ногти в кожу, чтобы хоть как-то отвлечься.
Враг, таким, каким он предстал перед ними, был невероятно силён. Скорее всего, даже выше абсолюта. Почему он до сих пор не убил их всех? Эйр не знала, но ответ, скорее всего, крылся в той битве, что сейчас шла перед ними.
Мощные, стремительные всполохи двух оружий — белого клинка и тёмно-синего, который создал неизвестный в белой одежде, — вызывали в небесах дрожь. Воздух над полем буквально вибрировал, не успевая прийти в равновесие между ударами.