Ладно, хоть с чего-то нужно начать.
Пока мы пили чай, из своей комнаты вышла хозяйка. Услышав шарканье ног по полу, служанка подскочила и побежала в коридор.
Варвара Александровна появилась в дверях через несколько минут. Мы сидели молча в ожидании хозяйки. Когда она нас увидела, то почему-то удивилась, потом, видно, вспомнила и скупо улыбнулась.
— Напомните, как вас звать? — она прошла к столу и уселась в большое кресло с несколькими подушками у спинки и подлокотников, для удобства сидения.
— Екатерина — ваша племянница, а это Вероника — моя компаньонка, — на мои слова тётка кивнула.
— И надолго ты в нашу дыру? — хозяйка хыкнула, видно, чтобы подчеркнуть шутку.
— Да пока принца не найду, — я тоже решила пошутить. Варвара Александровна оценила и тихо рассмеялась.
— Значит, сильно отца прогневала…
— Он письмо передал, где всё поясняет. Сейчас принесу, — я встала.
— Не надо. Знаю, что он там напишет… да и не хочу читать, сама решу, как к тебе относиться, — удивила тётя. Такой подход меня более чем устроил. — Развлечений у нас никаких, так что сами себя занимайте. Но позора не потерплю, быстро выставлю из дома!
Я знала, что она имела в виду, поэтому решила внести ясность и заодно рассказать, почему меня сослали.
— У меня дар управителя появился, — наклонилась к тётке, чтобы она расслышала. — Папенька решил меня быстро замуж выдать, я отказала двум женихам, так от меня в любовницы решил определить к одному графу, за это я своему любимому папаше по лицу вот этой рукой заехала, — показала ладонь. — Так что шашни, с кем попало, я точно крутить не буду.
Реакция от Варвары Александровны была очень яркая. Вначале она округлила глаза, а потом громко рассмеялась.
— Ох, Катька, ох, учудила! Зато, что честь отстояла — хвалю. Она у нас одна, потеряешь и другой не сыщешь. А вот то, что отца унизила — это плохо. Но я тебя как женщина понимаю, поэтому не осуждаю. Сама ты теперь и наказана за свой поступок. Так что куковать тебе здесь всю жизнь, как мне. Здесь принца точно не найдёшь, может, помещика в годах или купца…
Разговор прервала появившаяся Нюра с подносом. Поставила перед хозяйкой чайник, укрытый грелкой.
— Отвар мой, только им и спасаюсь. Желудок замучил… — Варвара Александровна сама плеснула себе в чашку напиток и отхлебнула. — Вот же мерзость. За столько времени не привыкну, даже мёд не спасает.
Я тоже не люблю все эти отвары, поэтому посочувствовала тётке.
Разговор дальше не заладился, поэтому мы с Вероникой пошли ко мне в комнату. В ней стало значительно теплей, возможно, опять ветер сменился.