Хотел было ему ответить, но в этот момент во всей красе проявил себя майор. Он выхватил пистолет, приставил его к моему затылку и зло произнёс.
— Старшина Горюнов! Требую объяснений!
— Объяснений не будет, — спокойно парировал я. — Это не твоего ума дело, майор. Сейчас командир уже не ты, а я. В дело вступает личный порученец императорского двора. И попрошу мне не мешать, так как времени у нас мало. Жетон, кстати, показать?
— Не надо. Я в курсе, кто ты такой. Наши действия?
— Занимаем круговую оборону. И мне нужен телефон. Желательно с зашифрованным сигналом.
— Других не держим, — пояснил мне начальник бывшей базы, протягивая толстую трубку. — Всем экипироваться и разбиться по отделениям согласно штатному расписанию! Кто без оружия — в резерв!
Народ засуетился, а я, отойдя немного в сторону, задумался. Нужно доложить начальству о теракте. Только кому звонить? Новому губернатору Ломакину, близкому другу самого императора? Или Старшему следователю Комову, что сейчас тоже квартируется в Тюмени, ведя тайное расследование государственной измены Мешалкиных.
Наверное, лучше следаку. Очень не нравится мне то, что информация о суперсекретной базе просочилась к врагам. Значит, на высшем уровне крыса завелась. У нового губера люди в команде хоть и проверенные, но их много с секретным допуском. Вполне возможно, у них «подтекает».
С Комовым же мы такие вещи прокрутили, что будь у него трепло или предатель, то хрен бы дали нам порезвиться. Да и не факт, что кроме следака кто-то из его подчинённых знает про базу. Это армейская территория, а не ИСБ. Значит, ему звонить и буду.
Набрал по памяти номер телефона.
— Кто? — сонно ответил Комов.
— И вам недоброй ночи, Илья Сергеевич, — встревоженно ответил я. — У нас тут всё очень плохо.
После этого рассказал всё эпопею нашей героической эвакуации.
— Откуда ты узнал про взрыв? — сразу же проснулся в Комове следак.
— Приснилось, блин! Илья Сергеевич, вы реально считаете, что это самый важный вопрос?
— Да, Данила. Ты прав. Значит так… Забрать у солдат и офицеров все телефоны. Ты понял? ВСЕ! На связь ни с кем не выходишь, только со мной. Я сейчас никому не доверяю, поэтому подозреваю даже императора и родную маму… тем более, что я сирота.
Далее. Рвите когти подальше от озера. К утру пусть вас от места взрыва отделяет минимум вёрст пятнадцать. Я же быстренько всё обмозгую и приму кой-какие меры.
— Пятнадцать можем не осилить, — признался я. — Не думаю, что охрана базы диверсионную подготовку проходила, а на улице темень. В лесу быстрее все ноги переломают.