Стянул одежду и остался в одних трусах. Плавок я с собой, конечно, не брал, да и не имелось их у меня никогда. Побежал в воду, а девушки от меня. Прыгнул и плюхнулся в воду так мощно, что их с головы до ног накрыло волной. Вода была, как парное молоко. Приятная и освежающая.
Мы как следует накупались, а потом мне Лакросса даже спинку потёрла. Когда выбрались из воды, на берегу уже горел костёр, над ним висел маленький котелок, а из леса Верещагин пытался вытащить второй, большой, котёл, наполненный ключевой водой до краёв.
— А он здесь что делает? — смутилась княжна. — Он не с нашего факультета.
— Да, — махнул я рукой. Взял меховую жилетку и укрыл ею княжну. Лакроссе дал небольшое полотенце. Ну, для меня небольшое, а её соски закрыть хватило. — Уху вот помогает готовить.
— Уху? — протянула оркесса. — Ты не говорил, что умеешь готовить.
— А никто не спрашивал. Но сегодня будет уха а-ля Дубофф! Если поможете сварить.
Вместо ответа у девушек дружно заурчали животы. Мой их тоже поддержал. Оно и понятно: проснулся я уже давно и даже не завтракал. Копил силы для ухи. Пока девушки грелись и обсыхали у маленького костра, сложил ещё один вокруг большого котла. Верещагин упал рядом с ним, едва дыша от усталости.
— Картошку иди чисти, — сказал ему. Он со стоном поднялся, но пошёл.
— Мы тоже поможем! — княжна и оркесса также вызвались принять участие.
В итоге мы в ряд выстроились у кромки воды. Девушки чистили рыбу, Верещагин — овощи, а я — Изумрудную форель. Над горами уже взошло солнце и серебрило гладь озера. Наверно, часов семь утра, как раз успеем сварить ухи и поесть.
Смотрел я на это на все и думал, что хорошо бы здесь ещё задержаться. Остановить время, рыбачить, купаться, есть уху и наслаждаться обществом прекрасных девушек. Я оглянулся на рюкзак, возле которого лежала зажигалка Агнес. Зелёной мелочи бы тоже здесь понравилось.
В большом котле вода ещё не закипела, зато в маленьком уже выплёскивалась. Я взял головы и хвосты Изумрудной форели и кинул в воду. Чтобы ни капли полезности не пропало. В дневниках отец писал, что Изумрудная форель чрезвычайно полезна для развития манаканалов, а ещё благотворно влияет на кожу, волосы, в общем, тело омолаживает.
Когда бульон был готов, вынул головы и хвосты и положил очищенные и нарезанные овощи, затем добавил мясо самой форели. Потом занялся большим котелком для обычной рыбы. Спустя полчаса над водой пополз умопомрачительный аромат ухи. Специй я не жалел, а бульон получался наваристый и аппетитный.
— Ну когда мы уже будем есть? — простонала княжна, не сводя глаз с кипящего котелка.