Пока я прогревал машину, дослушал «Кукушку» до конца. Слишком много в голове перемешалось. И новая работа заграницей, и впечатления от встречи с Русовым, и непонятные намёки Ахромеева. Всё в кучу.
Поразмыслив, пришёл к выводу, что нужно последовать совету маршала — делать свою работу. А моя работа — летать.
Включил первую передачу и поворотник. Вырулил на дорогу. Надо ехать туда, где меня всегда будут любить и ждать.
Через неделю команда специалистов во главе со мной была готова к убытию в столицу Народной Республики Конго Браззавиль.
Вечером перед убытием супруга приготовила любимые куриные котлеты, а в кулинарии я смог достать Невский пирог. Вика уплела даже два куска.
Вещи были собраны, и утром мне нужно было уезжать на аэродром. Вера, скрывала переживания от моей предстоящей поездки. А вот дочери, наоборот весело, и она была в предвкушении подарка из командировки.
— Тебе привезти игрушку? — спросил я, держа на руках Вику.
— Нет, — мотала она головой, чьи косички разлетались в сторону и касались моего носа.
— Зверушку?
— Нет, — снова отказалась дочь.
— Ватрушку?
— Нет.
У меня и рифмы закончились, и варианты презента для дочери. Вера улыбнулась и обняла нас.
— Ну, расскажи уже папе, — сказала Вера.
— Ты не догадался. Мне нужен самолёт! — радостно воскликнула Вика.
Вот это заявочка! Мало в нашей семье самолётов настоящих, так ещё игрушечных надо взять.
— Привезу. Самый лучший, — ответил я и поцеловал дочь.
Вера обняла нас с дочерью одновременно.
— Мне пора, дорогая, — шепнул я и поцеловал супругу.
Сильно нервничает Вера. Но назад пути нет. Я открыл дверь и собирался уже выйти, но она меня остановила.
— Серёжа, я… мне не по себе. Такого раньше не было. Будь там осторожен, — сказала жена.
Я прикрыл дверь и посмотрел на своих любимых. Кажется, уже начинаю считать дни до встречи с ними. А ведь ещё не переступил порог.
— Вер, я ж заговорённый. Мне ведь ещё самолёт надо привезти, — подмигнул я Вике, помахал рукой и вышел из квартиры.
25 декабря 1990 года, Вера Родина, Циолковск.
Дни в преддверии Нового года тянуться долго. С каждым разом всё сложнее и сложнее приходить домой, не проверив почтового ящика. На каждый телефонный звонок бегу сломя голову.
— Мам, смотри, — показала мне Вика рисунок.
Не нужно иметь богатое воображение, чтобы понять мысли моей дочери. Картинка с любого ракурса напоминает силуэт самолёта. Как же иногда сложно слышать рёв двигателей над Циолковском и думать, что Серёжа ещё не приехал.
— Умница, дочь, — похвалила я Вику и продолжила наряжать ёлку с мамой и бабушкой Надей.