Пройдя через плотно стоящие самолёты, я подошёл к месту, где был разложен татами. Группа офицеров в морской форме стояла перед высоким генералом, который возмущался от увиденного.
— Карате? Этот Апакидзе и Ребров с головой не дружат? — громко ругался генерал.
— Товарищ генерал, вот и я им говорю. А они всё машут руками и ногами, — докладывал замполит корабля.
Подойдя ближе, я остановился и прокашлялся. Подвернувшийся ко мне генерал мило улыбнулся и дал команду всем разойтись. Захотел мой старый знакомый пообщаться наедине.
— Родин, мир слишком большой, чтобы мы с тобой больше никогда не встретились. Но ты опять у берегов Африки, как и я.
Тимур Борисович Совенко — мой командир в Анголе. Вот кого, а его не ожидал увидеть. По возрасту мог бы он и уволиться уже.
— Рад вас видеть, — ответил я и пожал руку Совенко, который слегка приобнял меня.
Он всё такой же крепкий, плечистый, и стрижка у него «площадка». Даже седина не тронула волосы.
— Взаимно. Рассказывай, как ты докатился до того, что тебя уволили из армии? — посмеялся Совенко.
Мы прошлись в сторону подъёмника, чтобы постоять на свежем воздухе и отправиться на палубу. Я рассказал Тимуру Борисовичу о своих достижениях. Он мне о своих.
— Как видишь, теперь езжу и инспектирую наши базы за рубежом. В Камрани был, в Анголу успел съездить. Вот теперь и до «Леонида Брежнева» добрался. Как вообще тут у вас с безопасностью? — спросил Совенко.
Хитрит генерал. Знает, что от моряков он ничего не узнает. Авиагруппа про приезд комиссии информирована и «подчистила всю документацию». С другой стороны, его бы должен Граблин сопровождать, но его что-то не видно.
— Тимур Борисович, всё в порядке. Я со многими лётчиками здесь летаю и в составе экипажа, и в группе. Уровень высокий.
— Летаешь с ними, значит. А что у Реброва и Апакидзе времени нет, что они к испытателям обращаются? Что это за методика такая? — слегка возмутился Совенко.
Ну, настоящий безопасник! Везде найдёт проблему.
— А у вас есть методика, по которой можно готовить лётчиков к полётам с корабля? — спросил я.
— Ты меня проверяешь в знании документов? — улыбнулся Совенко и я кивнул, сделав довольный вид.
Тимур Борисович промолчал. Не скажет же он, что у него нет соответствующего курса боевой подготовки для палубников. Есть куча методических указаний и телеграмм. Там всё «условно», «временно» и «на усмотрение командиров».
— Ладно. Считай, что им повезло. Тогда почему такие неисправности вылезают? Плохо испытали самолёты? — задал вопрос Совенко.
Крупный камень в мой огород швырнул генерал! Можно сетовать на «сыроватость» техники, но надо признать, что не доведены до конца многие пункты испытаний.