Следом, как бы это сделал дирижер оркестра перед великим спектаклем, я поднял руки на всю длину, поднимая вместе с тем кровавые волны, образуя кошмарный вал. Природа едва ли способна создать самостоятельно настолько огромные водяные стены, причем в метре от ледяных стен, на которых я стоял. И нет, нужно ещё выше. Вставая на носочки и задирая пальцы, ощущаю огромное давление при попытке вытянуть воду ещё выше. Выше, выше, не до небес, но вид первозданного кошмара необходимо произвести.
— Раз, и светит солнце, — со вздохом делаю толчок, отправляя убийственную волну огромной мощи на корабли. Экипаж первого ряда кораблей подобного не переживёт, но мне не нужна их смерть. Важно было создать пространство для новых волн, чтобы они замкнулись вокруг кораблей. — Два, и светит солнце.
Я почувствовал, как из левого глаза потекла кровь, но это не остановило мои бесконечные попытки манипуляций с обширной зоной. Кораблей целый рой, территория слишком большая, далеко не одна морская миля. Десятки… Даже пропитав всю океанскую гладь энергией, мне было трудно создавать волны вдали, чтобы притянуть отстающие корабли к центру. Это же относилось к левой и правой стороне. Корабли со всех сторон стягивались в центр, где проявлялся водоворот — воронка смерти. Её легко было организовать, буквально вдавливая воду в глубины океана, при этом не давая пустоте залиться, а стенки заставляя раскручиваться.
— Гнев Посейдона! — с торжественным криком объявил я. И в этот момент, как разразившийся шторм, Великая воронка перешла в активную фазу. Кровавые волны с трепетом колыхались от переполнявшей их энергии Тьмы и Хаоса, образуя смерчи и придавая картине ещё более запоминающийся вид. Вражеские корабли, словно бумажные кораблики, были совершенно беззащитны, вращались в бездонной пропасти воды, раскручивающейся моей силой. Звериный рёв воронки разносился по океанской глади, будто сам Посейдон — Бог Морей, высмеивал жалкие попытки огневиков выжить в этой ловушке.
Багровая Луна. С каждым мгновением она увеличивала мощность цунами, как кислород увеличивает пламя костра. Костра… Действительно, люди — мастера выживания. Они способны пережить даже силу и ярость Посейдона. Поэтому я с широкой улыбкой поднял правую ладонь, как ведущий, готовый объявить следующее театральное представление.
— Материализация Коцита, — объявил название самоубийственной, при нормальных условиях, техники. Она заставила резерв Вату стремительно опустеть, примерно до сорока процентов, что идеально подходило для дальнейших планов с Равой. Но такие объемы…