Солнце кроваво-красным диском упало за горизонт, и я сидел в плетеном кресле и любовался новым миром с небом уходящим в черноту на котором зажглись первые звездочки, с наслаждением вдыхая чистый воздух наполненным запахом трав и звуком птиц над бесконечными полями до самого горизонта разбитыми на ровные квадраты. Дети играли в прятки давая мне ощущение щемящей причастности к их безграничному оптимизму и постепенно уверенность в благополучном исходе моей затеи почти закрепилась в моем сознании. Мысли получив такой посыл стали оценивать окружающий вид и незнакомые созвездия над головой. Может еще и поживу здесь…
Целую декаду я ковырял бороздки в твердой кости и только сознание взрослого мужа и прожитые в другом мире годы смогли дать мне сил не бросить этот нелегкий труд. Голова адски болела, давя инородным образованием на здоровые клетки и отбирая у них соки, доводя периодически до глубоких обмороков. Мама, сестры и особенно Милли старались как могли мне помочь, но в итоге только мешали, отнимая время, когда я мог бы продолжать изготовление амулета. Но вот момент, когда минимальные условия для активации примитивного артефакта все же наступил, и я с отвращением последний раз оглядел выполненный мной узор, который в моем прежнем мире сделал бы и пятилетний ребенок, причем на порядок лучше. Никакой маны ни внутри себя, ни снаружи я так и не увидел. Из спутанного объяснения Милли как работает лампочка под потолком с помощью «электричества», которое приходит по проводам прямо из города я ничего не понял. Единственное что я успел — это изучить книжки с полки, две из которых были учебниками, а оставшиеся три сборниками рассказов. Полистал все книжки по очереди, ничего не понял, хоть и смог благодаря памяти тела понять технику чтения и значения чисел, как и некоторые действия с ними. Но большинство слов, понятий и названий остались для меня темным лесом, да и времени разбираться с этим не было — от слова совсем. Попрошу потом какую-нибудь из сестер позаниматься со мной, если все получится и мои труды не останутся напрасными.
Я помолясь Святому Геосу накрыл узор на кости ладонью и сделал единственное что мог. А именно тупо стал копировать действия учеников в школе артефакторов, когда они заряжали свой первый артефакт. Дело в том, что в этом случае применяется немного другая техника, чем оперирование видимой энергией и если во мне есть хоть крохи маны, то рано или поздно накопительная руна это покажет небольшим голубоватым свечением, свидетельствуя о том, что милость богов не оставила меня и в этом мире.