— Не более странное, чем драться из-за напитков, — парировал Аркан. — Маэстру, тут у нас легендарные блины от мифической гномской женщины остывают! Прежде чем покинуть Преторию — мы просто обязаны их попробовать!
— Почему «попробовать»? — зашумели зверобои. — Мы съедим их все!
Драка в таверне имела неприятные последствия: Аквила прозрачно намекнул, что Аркану стоит уже покинуть Преторию. Несмотря на преступления, совершённые главой клана Галахеров, не замешанные в этом родичи притеснениям не подвергались и обладали всеми правами аристократов. Избить их самым пошлым образом? Это наносило ущерб репутации целой фамилии! А тот факт, что среди победившей стороны был иноземец Аркан и нелюдь — Ёррин, только добавлял ситуации пикантности и придавал конфликту интернациональный и даже межрасовый характер.
Поэтому убрать с глаз долой скандально известного герцога представлялось самой лучшей идеей. Вергилий Аквила обещал навестить Буревестника на восточной границе, где тот со своим наёмным войском планировал дожидаться окончания сбора урожая и прибытия последних рекрутов. Никаких препятствий аскеронцу наместник чинить не собирался, но и помогать — тоже. Разве что выделил свой дормез, чтобы Габриель могла с комфортом добраться до Тулламоры, этого самого восточного из портов Юга.
Этот заурядный приморский городишко с тремя или пятью тысячами населения почти ничем примечателен не был, кроме того, что здесь проживала самая большая ортодоксальная диаспора. И она тяготела не к условно близкому географически Юго-Востоку и Первой Гавани, а к Аскерону. Даже священников сюда присылал аскеронский экзарх! Всё это было связано в первую очередь с торговлей: купечество Деспотии именно здесь закупало хлопок и шёлк для переработки на мануфактурах герцогства. В местном порту на рейде всегда стояло множество аскеронских кораблей, совершавших каботажное плавание вдоль побережья Последнего моря с заходом в море Зелёное. Теперь же ажиотаж и вовсе стал небывалым: несмотря на потасовку в таверне, все необходимые соглашения с Аквилой герцог подписал, так что хлопок, шёлк, пряности и другие южные товары хлынули в портовые склады полноводной рекой. Разгром орочьего восстания и некая пауза в Войне Напитков из-за появления третьей силы — партии ци — способствовали оживлению экономической жизни.
Аркан подозревал, что навещал эти берега в бытность свою галерным гребцом: гёзы тогда имели наглость грабить прибрежные поселения и купеческие суда и в этих неспокойных водах. Однако ни подтвердить, ни опровергнуть такие догадки было невозможно: из трюма рассуждать о координатах сложно, а из пиратов не выжил никто, кто мог и хотел бы поделиться такой информацией. Так или иначе — многосотенная колонна наёмных пикинёров и кавалеристов во главе с Буревестником и его людьми выдвинулась из Претории на восток. По пути к ним присоединялись новые и новые отряды. Так, Рем с радостью приветствовал своих соратников: Шона Лоусона, Мёрфи Гарви и других: Велветов, Тичеров, Дэниэлсов… Многие мужчины из пограничных округов, в основном — молодёжь, позарились на щедрые посулы Аркана!