Я хохотнул, затем сделал еще несколько рывков вверх и, взяв под контроль огромный кусок пустыни, расположившись сверху, сделал сотни ручейков и направил их прямо в это помещение.
Каким образом песок попадал сюда, я не знаю. Он проникал в комнату беспрепятственно и все быстрее, быстрее собирался под сводами потолка.
Я нарочно держал его на максимальном отдалении, чтобы мой противник не почувствовал стихию. Я не забывал ни на секунду о том, что он тоже владеет песком.
Собрав нужное количество, я ринулся вниз на нагло смотрящего на меня двойника, намереваясь разбить его на две части.
Парнишка усмехнулся и принялся совершать пассы, готовя мне веселую встречу.
Ну, сейчас, подожди. Сейчас я тебе…
В эту атаку я вложил все свои силы. Я окружил себя телекинетическим коконом и усилил его песком. Я сам сейчас был клинком, который должен провести атаку. И такая атака могла бы уничтожить даже сильного демона, попади она в него.
Но вряд ли он додумается, что этот мощный приём, достойный звания удара последнего шанса, всего лишь отвлекающий маневр.
Дебют
Полковник Афанасьев испытывал сейчас нечто что по гамме чувств было ближе всего к триумфу.
Наконец-то он дорвался до должности распорядителя испытаний и мероприятий для учеников.
Он четыре года был заместителем генерала Лупицкого по личному составу и грезил тем, что однажды Лупицкий доверит ему организовывать боевые вылазки и испытания. До этого организацией занимался сам генерал Лупицкий.
Генерал, как правило, не спешил напрягаться и выдумывать что-то интересное для учеников. Вся его деятельность состояла в том, чтобы найти какую-то заварушку поинтереснее и бросить силы туда. Правда здесь он не обходился без креатива, выдавая почти невыполнимые задачи. Стоит отдать должное, эта методика давала свои плоды, потому как все эти невыполнимые, на первый взгляд, задачи как правило были выполнены, а ученики добивались больших результатов.
Но Афанасьев всё равно был недоволен. Можно же делать все более изящно, подходить более творчески к обучению будущей элиты Российской империи. Как говорится, пропал распорядитель мероприятий — да здравствует новый распорядитель! Лупицкий уже день как исчез, и о нём не было ни слуху ни духу. Однако график обучения очень плотен, нельзя оставлять курсантов незагруженными.
У Лупицкого имелся запас заданий примерно на неделю, но Афанасьев уверенно его отодвинул и достал из закромов свою старую папочку, где он коллекционировал различные идеи, чем можно занять юных воинов.
Идея создания идеального испытания, будоражила полковника. К тому же нужно было действовать быстро, пока не вернулся Лупицкий.