Очередной вдох сообщил бывшему десантнику, что кислорода в оставшейся внутри скафандра порции газа не осталось, и сейчас он дышит смесью, основанной на азоте и углекислоте. В голове помутилось, отчаянно захотелось жить во что бы то ни стало. Затухающий мозг начал искать любые возможности для спасения. Пальцы свободной руки сжались в кулак, и каким-то запредельным усилием он попытался ударить рукой себя в шлем. Но движения оказались настолько замедлены, что хоть какого-либо действенного эффекта достичь не получилось. И тогда он вспомнил про бластер, предоставленный ему Дэном и размещённый на бедре, который он использовал в последнее время. Вот она, спасительная идея — единственный шанс! Но до него — два с половиной метра, а кислорода в крови уже почти не осталось. Мир перед глазами заволакивало алой мутью.
Бывший десантник умудрился сделать ещё пару шагов, однако в груди нестерпимо запекло. Судорожные вдохи не давали уже ничего, кроме всё более разгорающегося в груди пожара. И тут он вспомнил. Вспомнил то, чего не хотел вспоминать и уж никогда, ни при каких обстоятельствах и не подумал бы обращаться к этому существу.
— Огненное сродство… Где же ты, мразь, когда ты так нужно? — взмолился Джон, а его умирающий мозг помимо воли хозяина тянулся к тому, что по словам товарища являлось какой-то его второй сущностью.
Однако, чтобы он ни делал, у него ничего не получалось.
И вот, когда он уже практически сдался, когда казалось, что вот-вот жизнь покинет его, перед внутренним взором возникло давно забытое лицо прекрасной девушки, той, которая появилась в его жизни ненадолго и также быстро ушла, погибнув глупой смертью. Ведь она и подумать не могла, что кто-то тогда нападёт на них. И вот сейчас этот образ, такой нежный и воздушный, возник перед человеком словно из ниоткуда. Дельфийка медленно обернулась, её губы расплылись в доброй улыбке, она словно звала парня за собой с того света. Затем её грациозная рука, поднялась на уровень груди, и откуда-то из небытия прямо под ней соткался инопланетный зверь. Его хищная морда потёрлась о хозяйку, но затем Айра что-то прошептала этому монстру, и он упрямо мотнул головой. Она прошептала ещё раз, и вновь чудовищный монстр демонстративно затряс своей мощной башкой, усеянной шипами, идущими вдоль всего его тела и формирующими своеобразный броневой каркас. Девушка положила ладонь ему на голову, нежно поцеловала это чудовище, и оно, словно нехотя, медленно повернуло свою морду и посмотрело прямо в глаза умирающему человеку. Губы дельфийки беззвучно прошептали всего одно слово: «Торопись». И зверь, моментально развернувшись, одним прыжком рванул в сторону Сола.