— Я только попробую. Защита же меня не убьёт?
— Смотря как далеко ты будешь лезть. Ты даже таких простых вещей не знаешь! — Курбатов уставился на меня взглядом, полным неодобрения, мол, ничего не знает мальчишка, а всё куда-то лезет!
— И что? В прошлое посещение я уловил мысли алтаря. Думаю, у меня всё получится. Вместо того чтобы злиться, расскажите, как работает защита! — раздражённо ответил я ему.
Курбатов себя ведёт, как мой дед. Тот тоже злился, если считал, что я планирую сделать какую-нибудь глупость. Но если деду я был готов простить подобное, то этот-то куда лезет? Не его это дело. Он сам сказал, что умывает руки и не собирается мне помогать, когда у меня возникли проблемы с Гуриеле.
— Делай, что хочешь, это твоя жизнь, — Курбатов тяжело вздохнул, но быстро взял себя в руки, перейдя на деловой тон. — Защита осязаема. Её держит родовой алтарь, настраивается главой рода. Если у тебя нет доступа, сначала ты в ней вязнешь, как в киселе. Будешь настойчив или попытаешься применить магию — сработает сирена, а тебя парализует. Так что мой тебе совет: если не получилось, не лезь дальше. Лучше тихо уйти и подумать. Может быть, в другой раз получится.
— Учту, — кивнул я, — так чем вы можете помочь, и сколько это будет мне стоить в деньгах?
— Первое: мне сообщат, когда Кутыевы отправятся на бал во Владикавказе. Второе: подберу тебя на машине, место скажу заранее. Третье: мой человек поможет тебе перебраться через ограду и подведёт к дому с нужной стороны, где вход для обслуги. Если у тебя не получится пройти, попробует вытащить, даже если ты будешь без сознания. Если пройдёшь, будет ждать тебя и отвезёт обратно. Всё это обойдётся тебе в две тысячи рублей. Устраивает?
— Вполне, — согласился я. В принципе, план простой, но я один не справился бы. Нет у меня людей во Владикавказе, да и подстраховать меня некому, когда полезу в дом.
— Тогда скидывай половину на счёт, остальное потом переведёшь.
Закончив с финансовым вопросом, я получил от Вениамина Григорьевича подробные инструкции — вплоть до того, что мне лучше надеть, когда соберусь на дело. Мы немного помолчали. Курбатов неспешно пил вино, я же довольствовался чашкой чая. В конце концов решил поделиться с ним проблемой и рассказал о роде Платовых — мол, прислали мне предложение, от которого, по их мнению, нельзя отказаться.
— Вот как ты умудряешься во всё это вляпаться! — снова разозлился Курбатов. — Неужели не понимаешь, что ты — никто, и твоё дело — тихо сидеть в сторонке и не привлекать к себе внимания?
— Но разве это нормально, что у меня пытаются отжать мой завод? Как же закон? Я тоже дворянин, в конце концов!