— Так, наверное, у вас старый говор, а по тебе и не скажешь, что из-за границы, словно в России всегда жил, — наконец-то я смог вставить свои три копейки.
— Я же с разными людьми общался. У нас и современные эмигранты есть. У отца дом в Сан-Франциско в Ричмонде, там большая русская община неподалеку. У меня и друзья там были, но некоторые уже только по-английски говорят, русский почти не знают. А еще я читал много, у нас дома знаешь, какая библиотека? Дед — большой книголюб.
Пока разговаривали, такси к гостинице подъехало. Багаж все втроем таскали. Сначала перенесли в холл, чтобы машину отпустить, а оттуда уже в номер. Три раза ходить пришлось. Думал, в гостинице возмущаться начнут тем, что номер в склад превращаем, но нет, ухом не повели. Думаю, администрацию предупредили заранее. Коробки мы в свободном углу комнаты сложили так, чтобы они нам не мешались.
С Андреем договорились, что завтра с утра встретимся, он сказал, что его на пару дней освободили от занятий, так что он в нашем полном распоряжении. Пожали ему руку, и парень побежал в свою общагу, тем более что время уже позднее — десятый час на дворе.
Комнату американец одобрил. Сказал, что у него в студенческом кампусе поменьше, он в ней с еще одним парнем живет. Кухня них тоже общая на этаже, прямо как у нас. Интересно, где его поселят в Магадане — в нашем общежитии на общих основаниях или предпочтут номер в гостинице выделить? Ладно, там посмотрим.
Поинтересовался, вдруг гость голодный. Майкл признался, что в самолете кормили, но сейчас в желудке совсем пусто. Ресторан в гостинице уже не работает, поздно слишком. Куда-нибудь ехать на ночь глядя тоже не вариант, это надо заранее столик бронировать. А вот чайку организовать — самое оно. Смотался к дежурной по этажу, взял электрочайник. Заварка у меня своя есть, плюс домашние гостинцы, что Пяткин передал. Вот голова садовая, у меня же еще половина торта в холодильнике стоит и там же колбаса копченая и сыр. Да у нас сейчас пир горой будет.
У меня и посуда есть, я небольшой чайный сервис купил специально для Алисы в «Лейпциге». Так что тарелки с чашками на стол. Колбаску с сыром подрезал, пирожки и ватрушки от жены Пяткина выложил, торт поставил, чай разлил. Что еще студентам для счастья надо? Разве что студенток, но нельзя — русо принимающая сторона, облико морале. Тут шаг влево, шаг вправо и все — облико уже обморале, пожалуйте на комсомольское собрание. Меня уже раз разбирали, не понравилось. А тут гостиница, любой загул пресекут, не «Интурист» чай с его интердевочками. Тут люди солидные останавливаются, профессора с академиками. Хотя знаю я этих профессоров, иные тоже на студенток с интересом поглядывают, хотя и не признаются.