— Хрена ли ты лезешь без очереди, сука⁈
Новичок нависал надо мной, сжав кулаки и сверля злобным тупым взглядом. Придурок был из тех, кто считает, что нужно сразу показать всем, какой он крутой, показательно отметелив первого попавшегося под руку. Разумеется — обязательно того, кто меньше тебя. Иначе может получиться облом.
Этот парень в нашем детдоме провёл всего двадцать минут и всё это время выбирал жертву. Я видел это по его стеклянным зенкам не обременённого интеллектом животного. И вот, наконец, урод определился и решил, что молчаливый паренёк идеально подходит на эту роль. Нарочно подгадал, чтобы я направился к кулеру плеснуть себе водички, и ломанулся следом.
— Я спрашиваю, какого хрена ты влез впереди меня, дебил⁈ — проговорил он громко, чтобы все слышали. — Или ты не только немой, но и слепой, а⁈
На его потрескавшихся толстых губах змеилась глумливая ухмылка. Ещё немного, и он перейдёт от слов к делу. Что ж, его выбор, а значит, и проблема тоже будет его.
Я бросил пластиковый стаканчик придурку в рожу. От неожиданности он прогнулся назад. Какая предсказуемость!
Моё колено резко вошло здоровяку между ног, впечатывая его причиндалы прямо в лобковую кость. Амбал резко выдохнул, его глаза вылупились на меня, словно два стеклянных шарика. Нет, уродец, это ещё не всё!
Схватив с полки позолоченную статуэтку, выданную детдому за какие-то там достижения, я с размаху врезал её тяжёлым основанием засранцу в челюсть. Раздался влажный хруст, и между толстыми губами брызнула кровь. А вслед за ней показался и выбитый зуб!
Новичок пошатнулся, попытался опереться о кулер, рука его неуклюже соскользнула, и он тяжело завалился на пол. Из глаз брызнули слёзы.
— Да что ж такое-то, а⁈ — раздался за спиной резкий окрик Аделины Сергеевны. — Опять ты за своё⁈
Обернувшись, я встретился взглядом с воспитательницей. Она стояла в дверях, уперев руки в бёдра.
— Иди сюда, живо! За мной в кабинет! И почему ты такой злой-то, а⁈
Ну, как сказать?
Когда тебя подбрасывают на крыльцо детского дома, ты теряешь имя, даже если оно у тебя и было, возраст и национальность. Тот, кто находит тебя, относит дежурному, который даёт младенцу свою фамилию и записывает в журнал «поступлений». Вот и всё. Никаких родимых пятен в виде звёзд и полумесяцев, золотых медальонов с волосами матери или шёлковых пелёнок с вышитыми монограммами — ничего, что позволит тебе однажды отыскать родителей, как это бывает в фильмах или книгах. И всё же, многие дети верят, что мама передумает и вернётся, чтобы забрать домой. Верят годами.