И Люсинда, отобрав у своего провожатого сумку, закрыла дверь спальни и позвонила в колокольчик. Ванна и сон. Сейчас это был предел ее мечтаний.
А с утра за завтраком княжна уже вновь погрузилась в дела, изучая приготовленные для нее списки.
— Ваша светлость, вредно работать за едой, от этого случается несварение, — поддел ее Ангарал.
Княжич, похоже, все еще дулся, что Люсинда отказала ему в присутствии на переговорах. Вероятно, воспринял это как недоверие с ее стороны. В общем-то, немного прав. Хотя основная причина таилась в другом. Люсинда не хотела, чтобы, когда она представляет княжество, рядом с ней находился мужчина. Это могли трактовать как ее неспособность вести дела самостоятельно или… вызвало бы подозрения, что Ангарал вовсе не глава отряда, а более приближенное княжне лицо. Скажем, жених. Оба этих варианта Люсинде не нравились.
А сейчас, когда договоренности с Таурохтаром достигнуты и в Лунный Камень вот-вот прибудут гномы, Люсинда дополнительно убедилась в правильности принятого решения. Настроение у нее было прекрасное, однако подначку княжича она не спустила:
— Вы поэтому не в духе с дороги? Там-то в других условиях питаться не получалось…
Ангарал аж подавился и слегка закашлялся. Видимо, не ожидал столь едкого ответа. Впрочем, когда отдышался, снова не смолчал:
— Кто бы подумал, что вы не только трудолюбивы, как пчелка, но можете и так же больно ужалить.
— Спасибо, что хоть змеей не назвали, — парировала Люсинда, с улыбкой глядя на княжича.
И что на нее сегодня нашло? Реитас, наблюдающий за этой сценой, казался чем-то недоволен. Странно, с вечера же все было в порядке?
— Как дела с собранием? — переключила Люсинда внимание на казначея.
— Сегодня в четыре пополудни на площади перед замком соберется народ. Во всяком случае, объявления уже вывешены в обеих лавках и на всех заметных местах в городе, а Терен отправлен оповещать о событии всех, кто ему встретится.
— Что вы планируете сообщить народу? — вмиг посерьезнел Ангарал.
— Ничего такого, чего бы вы не знали. Просто хочу, чтобы они убедились воочию, что о них теперь есть кому позаботиться.
— Пожалуйста, выполняйте тогда мои или Фингона пожелания о вашей безопасности. Тот, кто напал на вас около лавок, так и не пойман!
«И не будет», — подумала княжна, поднимаясь из-за стола. Вероятно, татуировка вообще была специально нарисованной, чтобы отвлечь внимание. Кто бы ни отправил то послание, он все продумал. И если всерьез настроен выжать ее из княжества, теперь затаится и начнет действовать исподтишка. Вслух она, конечно, этого не сказала.