Решив, что на сегодня мой лимит сердитых мужиков исчерпан, я выбралась в проход и закрутила головой, выискивая взглядом напарника. Или вы тоже подумали, что я настолько бесстрашна и глупа, что сунусь к опасному травоядному без подстраховки? Нет, ну вы меня удивляете!
Северянин обнаружился на широкой балке под самой крышей: сидел, свесив ноги вниз, и безмятежно хрустел яблоком.
Ладно, я, конечно, не столь наивна, чтобы думать, будто нагловатый Эрик Хезенхау бросится на мою защиту, грудью закроет от взбесившегося Анчара, но от декана мог бы и прикрыть.
— У тебя совесть есть? — вопросила я громким шепотом, но блондин сделал вид, что не расслышал.
А и ладно! Если он не хочет по-хорошему, скажу все, что думаю, на языке жестов.
Полная праведного гнева, я погрозила Эрику кулаком за то, что бросил меня на съедение господину Медному, а после выразительно чиркнула себя большим пальцем по горлу. Вполне доступно, как по мне. Но этот светловолосый гад лишь ухмыльнулся, встал, сделал ручкой на прощание и бесшумно свалил через окно в потолке, открытое, по всей видимости, для вентиляции.
Поверить не могу. Он бросил меня. Повторно!
Хлопнула дверь, ведущая во внутренние помещения, и до меня долетел обрывок разговора приближающихся людей.
— Ну и что ты предлагаешь? — Так, это со стопроцентной точностью госпожа Эрика Магни.
— Ждать и надеяться на божью помощь, — а вот этот голос принадлежит Коди Клебо, молодому преподавателю по зоопсихологии.
— Боги нам не помогут.
— Что я слышу, Эрика! Неужели ты не из числа верующих?
— Я из числа думающих. Пора бы запомнить.
Я в ужасе посмотрела на свои руки, которыми сжимала плащ и очки. В панике спряталась за ближайший столб, плотно увитый зеленым плющом, и судорожно принялась искать место, где можно скрыть свою недоработку, а в идеале исчезнуть и самой.
Преподаватели приближались с неизбежностью утра, их разговор становился все громче.
— Пойми, наши усилия ничего не стоят. Мясник просто подошел к точке бифуркации, — твердил преподаватель зоопсихологии.
— К какой точке?
— К точке невозврата.
Ох, как же я желаю вот прямо здесь и сейчас на время стать симпатичным хамелеоном. Таким маленьким, незаметным хамелеончиком с безупречной способностью к защитному камуфляжу.
Увы, но прятаться за столбом не вариант: яркая сине-желтая форма моего факультета выдаст не хуже огромного плаката с надписью: «Обратите внимание на то, что здесь прячется Адриана Нэш». Надо срочно найти укрытие!
— Коди, а можно простыми словами?
— Хорошо. Представь, что жизнь — это движущийся по маршруту автобус. Так вот, сейчас наш с тобой печальный звездокрыл стоит на остановке и смотрит расписание. Он не саботирует полеты, не думай! Он занят переоценкой ценностей и ощущением острой потребности поиска смыслов.