Выйдя из-за стойки, мужчина окинул меня таким пристальным взглядом, что я почувствовала даже легкую щекотку по позвоночнику. Ого! Это какой же у него уровень силы, если он смог пробиться сквозь мою защиту?
– М-м, красавица! – блаженно прищурился комендант, но без сального блеска в глазах, который я бы точнo не простила. И так приходилось себя сдерживать, потому что рядом стоял ректор, а пакостить при свидетелях такого уровня – позор всей моей легендарной квалификации. — А ножка какая крошечная! Боюсь, на заказ придется шить, таких размеров у нас нет. Ну да ничего, за день
управятся. – Вернувшись обратно за стойку, мужчина добродушно улыбнулся в бороду, даже не подозревая, какая буря обошла его стороной, только благодаря присутствию ректора. – Будут какие вопросы, обращайтесь, всегда рад помочь. Οбед через два часа, на сладкoе сегодня пироги с яблоками и земляникой.
И с таким блаженством облизнулся, что мне сразу стало ясно – даже мои ножки проиграли пирогам по всем статьям, не говоря уж о груди, на которую комендант взглянул лишь раз и то мельком.
Χм… Даже не знаю, мне оскорбиться или порадоваться?
Ладно, посмотрим на его дальнейшее поведение.
А пока ректор повел меня к центральной лестнице, кoторая находилась правее закутка коменданта, и мы поднялись на третий этаж. Свернули налево, дошли до конца коридора и мужчина сам отпер дверь массивным ключом, на котором я заметила рунную защиту, как впрочем и на двери.
– Ваши апартаменты, магистр Этенкари, — безупречно вежливо объявил ректор Джелано. — Обычно преподаватели проживают по двое, у каждого своя спальня, но единая гостиная, кухня и санузел, однако для вас я делаю исключение.
– Почему это? — Не сказать, что я была откровенно против, тем более апартаменты и впрямь впечатляли (гораздо лучше, чем мои столичные метры в общежитии при академии: спальня и крошечная кухня, а санузел один на всех в конце общего коридора), но причину я хотела знать точно.
Именно от
неё будет зависеть глубина проклятия, которым я непременно «одарю» своё начальство, когда разберусь, где же я всё-таки оказалась.
– Потому что на текущий момент вы единственная женщина-преподаватель, – криво ухмыльнулся ректор. — К моему глубочайшему сожалению, не так уж и просто заполучить в штат достойных специалистов, репутация у академии всё ещё недостаточно высока, а кого попало я сам не принимаю. Граница слишком близка, а мне, знаете ли, есть чем заняться, кроме как вытаскивать сладкие попки из неприятностей.