— Опять-таки, не хочу выступать в качестве его защитника, но он, может, любит одиночество?
— Но в недрах этого внутреннего мира есть бронированная комната, которая запирается, и даже доверенная служанка туда доступ не имеет. Скорее он — долбанный параноик.
Из-за изгиба забора послышались нестройные голоса. Я моментально напрягся. Боковым зрением увидел, что Джо так же подобрал под себя ноги и, хотя был внешне расслаблен, стал словно тигр, который готовится к прыжку.
Показалась процессия, целых восемь человек, среди них знакомые, слегка побитые лица. Это была та самая компания, что приходила начистить физиономию Джо, только сейчас вместо оглобли они несли, внезапно, каравай.
— Что это ещё за аттракцион? — выразил общее ощущение нереальности я.
Тайлер поспешил выпить, словно опасаясь, что приближающаяся процессия отнимет его самогон.
— Гости дорогие, здравствуйте! — заулыбался ртом без пары зубов стоящий впереди.
— Ты чего, Куприян, какие они к лешему гости, они ж в своём доме? — попытался его одёрнуть стоящий рядом бородач.
— Заткнись, Горбыль, не перебивай, — одними губами, не переставая улыбаться, парировал тот.
— И вы здравы будьте, соседушки! — приветствие «от Марии» намертво въелось в мой сельский лексикон, я на всякий случай встал и немного неискренне улыбнулся.
— Мы с миром пришли!
— Да! С миром.
— Ну, рассказывайте, — успокоено подбодрил я.
— Мы вас неправильно поняли, думали, вы жуки столичные, пришли наших девок портить, да отбивать и нашу работу забирать, а вы оказывается, — один из говоривших, а это был тот парень с оглоблей, осторожно потрогал лиловый синяк вокруг глаза, — нормальные мужики!
— Да! Точно, вот оно как!
— Ошиблись мы!
— Замириться пришли!
— Да кто ж караваем замиривается! — искренне возмутился Тайлер.
— А чем же ещё?
— Как чем? Самогонкой, конечно, — с видом цивилизованного белого миссионера, просвещающего тёмных туземцев, выдал Тайлер и достал из-под лавки полупустую литровую бутыль самогона.
Я невольно ойкнул, потому что понял, тут сейчас будут пить одну за одной и признаваться в вечной любви, а я не хотел таким образом завершать вечер, так что мне пришлось незаметно улизнуть.
Утром следующего дня предполагалось, что бодрый Тайлер повезёт меня на грузовике в город, там мы оставим машину в мастерской Кастета, а он пойдёт торчать в свой офисе, потому что у него, чёрт возьми, есть офис, а ещё там побуду я, потому что у меня после пулемётно-автоматного погрома от Вьюрковского, чёрт возьми тоже, сейчас офиса нет.
Но миролюбивые местные, помноженные на тот факт, что детектив смог сократить цепочку: «Тайлер» — «работа» — «деньги» — «магазин, торгующий алкоголем» — «алкоголь», до более простой: «Тайлер» — «самогонный аппарат» — «самогон на свежем сельском воздухе», сделали свою дело.