От вида этого чудовища все грызуны-ополченцы дёру дали, и даже Оспа на голубе не войны, но мира дёру дал, прекрасно понимая, что пока живо такое существо, у мира нет шансов на существование.
— А ты чего такая злая? — только и спросила Блоди, перед тем, как рвануть из подлеска обратно к палатке. — Голодная, что ли?
Ядвига Черепушкина в ответ такой рёв выдала, что даже свои же деревья отчасти попадали. Иные перекрестились. С третьих преждевременные желуди посыпались или сок полился.
Пукс храбро бросился на источник опасности для своей хозяйки, но Ядвига отбросила демонического пуделя одним пинком.
Вампирэсса, проследив дугу полёта, обратно рванула. Пукс летел по дуге, раскинув лапы в стороны будто крылья. И хоть птицей ему было стать не суждено, полёт его всё же замедлился. Блоди поймала Пукса на приземлении, подхватив подмышку. И здесь же выдернула чердачного с лопатой, сунув под другую подмышку. И рванула дальше, не обращая внимания на груз. Фитнес-браслет мог бы гордиться ею, но тот всё ещё пребывал в обмороке.
Мини-взрывы для такого существа, как Ядвига, были как детские хлопки. Да и отмахивание киркой могло только умилять. Времени обернуться у вампирэссы не было, она лишь слышала, как позади злобно рычит чудище и что-то там крушит.
Блоди прыгнула как никогда высоко, успев про себя подумать, что спорт пригодился и фитнес-браслет бы её похвалил, если б не предпочёл отключиться. Окончание прыжка точно в кузов Майки пришлось. Директор, ещё загодя расслышав рёв, исключительно в режиме самосохранения сел за руль и тут же дал по газам. Благо Майки умел откидывать крышу как кабриолет и рога грозили небу, а не дырявили крышу.
Беглецы рванули вдоль по крайней улице Мрачново ближе к центру, кто в зеркало заднего вида, а кто просто повернув голову или витая в облаках как, Дарья Сергеевна, наблюдая, как большая лохматая и не накрашенная голодная женщина разносит всю их стройку, баню, улики и топчет дом. Деревьям от неё тоже досталось, потому как разрушительной мощи было много, а ломать уже было нечего. Слишком быстро кончились постройки на участке.
Всё, что когда-то семье Адовых принадлежало, превратилось в руины усилием одной голодной эко-активистки. Не доводит до добра фанатизм. А вот до зла — ещё как может довести.
— А что же я скажу мужу, когда семье некуда будет возвращаться? — только и спросила Блоди, которая потеряла в этом безнадёжном бою даже собственный холодильник. И уже вряд ли его найдёт. И даже пчёлы мужа не особо помогли.
Но ответить ей в грохоте разрушений было некому. Да и вопроса никто не расслышал. Вдобавок вдруг сверкнула молния, и полил такой сильный дождь, словно там наверху деревню решили утопить.