Так что добраться до центра происходящего не составило труда.
— Ты, — Император стоял спиной к нам, надвигаясь на Марианну (а она тут что делает?), — ещё глупее, чем я думал…
— Люций!
Силовое поле раздвинулось. Глубокий вздох — и вот я уже вышел наружу. Я ведь смогу, так?
Император обернулся на меня.
— Не смей называть меня старым именем, — бросил он.
Я пожал плечами.
— Как угодно. Мне плевать, как ты себя называешь. Просто давай закончим это здесь и сейчас.
Нужно подобраться к нему ближе — так, чтобы коснуться. Нужно дожить до этого момента. Я шагал вперёд.
— Почему ты думаешь, что у тебя получится? — скривился Император.
Я покачал головой.
— У меня получилось начать это.
Родион — в своём настоящем облике — лежал чуть поодаль и признаков жизни не подавал. Неужели?.. Или прикидывается? Я не мог быть в этом уверенным до конца.
А ведь старик был прав, подумал я. Фокус, который я собирался провернуть… именно он научил меня ему.
Я — бесконечное вместилище для скверны, так? Однажды он уже влил её в меня — целое море. Затем я поделился частью с Люцием. И сейчас я собирался забрать своё обратно.
— Ты жалкий мальчишка, — скривился Люций. — То, что вышло у тебя по случайности — не твоя заслуга, и ты лишь…
Я не ответил. Пускай толкает речи, пускай делает что хочет. Пока он говорит — он не мешает мне подойти?
Кажется, он был даже не против, когда я размахнулся, чтобы ударить его. Он был твёрдо уверен — и не без причины, кстати — что мой удар ему не повредит.
Так оно и произошло. Удар был ему как слону дробина.
Впрочем, это я знал и так. Моя рука прикоснулась к Люцию — и…
— Что там происходит? — Рубан вгляделся в бинокль.
— Они рядом, — кивнул Карлов. — Буквально в упор. Не знаю, что происходит, не знаю, что они делают… там огонь и эти мертвецы… Но они рядом.
Рубан почти не удивился, когда позади него щёлкнул затвор. Снова.
На этот раз никто не собирался целиться; Рубан успел уклониться только потому, что тоже хорошо знал Карлова и Укольцева. Достаточно хорошо, чтобы понять: Карлов обращался не к нему.
— Что за дилетантизм, — выдохнул он, кидаясь вперёд и пытаясь выхватить у Укольцева пистолет. — Неужели нельзя было пристрелить меня там, внизу, и уже самим дождаться нужноо момента?
— Кто знал, как пойдёт дело, — Карлов, не торопясь, вытащил ещё один пистолет. — Рубан, ты же понимаешь, что…
Укольцев тоже попытался уйти в сторону, но Рубан оказался проворней. Два движения — и вот собственный же пистолет КОБРовца оказался прижат к его голове.
— Давай, Карлов, стреляй, — прохрипел Рубан. — Убьёшь напарника?