Следующий столик был даже больше прежних. Не уверен, сделано ли это затем, чтобы ненавязчиво указать гостям на то, кто здесь все-таки хозяин, либо Гас Острих банально не помещался за обычным… однако факта это не отменяло. Владелец поезда сидел прямо посреди вагона — так, чтобы было видно всех сразу и никого конкретно одновременно. Я не шутил, когда говорил, что он может не уместиться за простым столом, мужчина действительно был огромен в своих размерах, говорил с одышкой и из физической активности был, пожалуй, способен только на перекатывание монетки в пальцах, чем сейчас и был занят.
Не могу сказать, что я удивился, увидев рядом с ним пару проводниц, мило усевшихся по сторонам. Не то, чтобы я любил судить людей по внешности, однако при взгляде на их накачанные ботоксом и силиконом тела от чувства, что если их и наняли за профессиональные навыки, то никак не за железнодорожные, отделаться было сложно.
Говард остановился возле него и завел небольшой разговор, где благодарил господина Остриха за гостеприимство, на что последний просто лениво покачивал головой, больше заинтересованный в своих сотрудницах. Мы с Элизой продвинулись чуть дальше к пустому столу Белецких. Прямо напротив него расположился лысый мужчина в очках, оправа которых плотно ложилась прямо на его длинный, римский нос.
Увидев его, Элиза как будто немного смутилась. Он это заметил.
— О, Элиза! Пришли сюда, чтобы в очередной раз разбить мне сердце отказом? — мужчина подтрунивая улыбнулся.
— Боюсь, что да, господин Гродский, — Элиза хмыкнула. — Пока что актерская карьера в мои планы не входит.
— Ну, тогда давай сделаем тебя певицей! — Гродский рассмеялся, как не в себя, но довольно быстро успокоился. — Ты знаешь, куда звонить.
Клан Гродских занимается сферой развлечений, СМИ и всем прочим. Многие простые девушки бы сутки простояли в очереди просто затем, чтобы поговорить с ним пять минут.
Элиза улыбнулась и упала за столик. Я присел рядом. Вскоре к нам присоединился и Говард, после чего мы заказали у проводницы-официантки первые попавшиеся коктейли и стали ждать, пока все присутствующие вдоволь натреплятся языками. Чем больше проходило времени, тем сильнее смешивался состав каждого из столиков. Люди подходили друг к другу за столики — кто-то с широкими объятиями, словно к старым друзьями, кто-то абсолютно равнодушно, только ради того, чтобы не показаться грубыми, но в целом главы кланов и их помощники активно перемещались по вагону, как будто на какой-то вечеринке.
— И где Гиарр? — спросил Говард, когда окинул взглядом вагон, отпивая коктейль. — Обычно его облепляют со всех сторон.