Я продирался сквозь толпы людей, мысленно «благодаря» себя же под Сдвигом за такую прекрасную идею, когда внезапно увидел кое-что, отличающееся от средней температуры по палате. Парень в белой рубашке стоял среди своих друзей, которым однозначно было плохо, и даже не шевелился. Казалось, словно все мышцы в его теле разом напряглись, сковывая его цепями. Когда я подошел поближе и рассмотрел его глаза, отпали даже малейшие сомнения — они загорались сменяющими друг друга цветами.
— Бл**ь, неужели сработало?
И чем дальше я шёл, тем больше таких людей встречалось мне то тут, то там. Парни и девушки, совсем молодые и те, кому перевалило за тридцать — без какого-то порядка или системы стояли на стремительно пустующем танцполе как вкопанные, с разноцветным свечением в глазах.
И когда я наконец-то дошёл до входа в курилку, где оставил Макса с сестрой… то увидел, что они вдвоём стояли ровно в такой же позе. Трепло, скрючившись, валялся на лестнице; увы, ему не так сильно повезло.
Я оглянулся по сторонам и понял, что если подождать ещё немного, то начнется путаница и мешанина. Нужно было что-то решать.
Я подбежал к своим новым «союзникам» и после секундных размышлений о том, как следует поступить, а также воспоминаний про то, как меня выводили из этого состояния в детстве, решил попробовать самый тривиальный способ. Влепил обоим громкого леща.
Первым очнулся Макс. Сначала он просто не понимал, где и с кем он, затем испуганно посмотрел на свою сестру и людей в толпе, но потом наконец-то заметил и меня.
— Ч-что? — он начал говорить, схватившись за голову.
— Нет времени. Скажи своим парням, даже если им очень плохо, что всех, кому здесь нездоровится, нужно отвести как можно дальше отсюда. Остальных, с цветными глазами, разбуди сам и собери вместе, начни с сестры. СЕЙЧАС ЖЕ! — кричал я, чтобы он точно всё понял.
Макс, пусть и пребывал в довольно мутном состоянии, тем не менее, кивнул и, медленно моргая широко открытыми глазами, принялся тормошить Сару. Она проснулась, и он пересказал ей то же самое, что я говорил ему.
Сам я начал дёргать за плечи Трепло; тот сквозь боль поднял взгляд на меня. Я помог ему встать и сказал валить отсюда как можно дальше. Парень кое-как заковылял вниз.
Я ещё раз окинул взглядом танцпол; на нем по большей части остались только те, кто Пробудился. Я знал, что Скверна провоцирует Пробуждение, однако с довольно малой вероятностью. Потому во время моих смертей в больнице никто и не пробудился — в полупустом частном крыле было буквально слишком мало людей, и никому из них не посчастливилось стать Пробуждённым. По крайней мере, насколько мне известно… Благо, если посторонний не выведет человека из состояния Пробуждения, тот может часами стоять на месте, летая в феерии цветов и ощущений.