Что из этого хуже, честно говоря, сказать не берусь. И так, и так выходило плохо.
«Рекомендуется перейти на режим энергосбережения», — озабоченно сказала Эмма, пока я торопливо искал решение.
И в тот же миг я почувствовал, что из меня словно стержень вынули. Тело резко расслабилось и обмякло. Бешено крутящийся поток мыслей в моей голове как отрезало. Сама голова затуманилась. Второе зрение исчезло само собой. Мои руки опустились. Спина непроизвольно сгорбилась. А потом и сонливость навалилась такая, что с ней было чертовски сложно бороться.
«Режим энергосбережения включен. Уровень ментальной активности понижен. Частота дыхания и сердцебиения снижена до физиологического минимума. Рекомендуется по максимуму ограничить физическую активность. Работа остальных органов и систем ограничена предельно допустимым уровнем. Приоритет отдан нервной и сердечно-сосудистой системам. Клеточные процессы поддерживаются на приемлемом уровне за счет сэкономленных ресурсов».
— Адрэа? — беспокойно дрогнул учитель, когда я привалился к его плечу и закрыл глаза, а многочисленные молнии вдруг без предупреждения сломали строй и заботливо прильнули к моей коже, помогая согреться и что-то обеспокоенно жужжа на своем непонятном языке. — Адрэа, ты в порядке?
Я вяло качнул головой.
— Нет. Мне нужна медкапсула. Регенератор. И пищевой концентрат. Чем больше, тем лучше. Стимуляторы противопоказаны.
Учитель собрался было что-то сказать, но потом неожиданно передумал.
— У нас есть смесь витаминов, жиров, белков, углеводов и микроэлементов. Подойдет?
Я, не открывая глаз, кивнул.
— Да. Тройную дозу, пожалуйста.
— Ривор!
Целитель тут же щелкнул замком на чемоданчике и спустя несколько сэнов к моей руке прижался инъектор.
«Отмечается тенденция к прогрессирующему снижению уровня магического фона, — вскоре после этого сообщила Эмма. — Возможность поддержания эффективного режима энергосбережения сохранится на протяжении двенадцати с половиной мэнов. Возможность безопасно использовать найниит появится через три с половиной мэна. Но, Адрэа, у нас появилась проблема — процессы разрушения в твоем теле начали ускоряться. И всех моих возможностей может не хватить, чтобы их хотя бы ненадолго замедлить».
Я так же вяло кивнул.
К сожалению, за две недели пребывания на острове причину поломки в клетках моего тела Эмма так и не нашла. Разве что сумела сбалансировать последствия, но этого, как выяснилось, уже не хватало. У нас, правда, были некоторые надежды на подземелье, однако, как показала практика, даже при восстановлении магического фона процессы распада в моем теле не только не остановились, но и не замедлились. То есть получалось, что магфон на него не влиял, и дело было исключительно в стазисе. Ну и в аномалии, конечно, которая этот самый стазис спровоцировала.