#5 Печать пожирателя — Илья Соломенный

— Благодарю.

— Все документы подготовлены заранее. Дмитрий Яковлев составил завещание полгода назад.

Я сел, чувствуя, как мне уже поскорее хочется свалить отсюда. Мэр расположился рядом, наблюдая за происходящим с почтительным вниманием.

— Как единственный законный наследник, — продолжил нотариус, — Вы получаете все активы покойного: недвижимость в Костроме, Москве и Санкт-Петербурге, счета в нескольких банках, коллекцию антиквариата, и ещё кое-что по мелочи…

Он протянул мне папку с документами, и я машинально начал их просматривать. Цифры, если честно, поражали воображение — дед был куда более состоятельным человеком, чем себе представлял. НАМНОГО! И теперь всё его имущество принадлежало мне…

Формальности закончились быстро. Я изучил документы, оставил пару подписей, подтвердил магическое и биометрическое сканирование — и стал законным наследником Дмитрия Яковлева, и полноценным обладателем всех его активов.

Попрощавшись с мэром и нотариусом, я вызвал такси, и отправился к поместью.

Когда я подъезжал к особняку деда, дождь не на шутку усилился. В свете фар мобиля капли воды превращались в причудливые световые дорожки, а тени от деревьев плясали на стенах дома, словно живые.

«Я дома» — пиликнуло сообщение от Илоны в линзах.

«Буду у тебя завтра. Целую» — ответил я, и вышел из мобиля.

Отперев ворота массивным ключом, я сразу почувствовал, как в мою энергосистему вплетаются охранные заклинания поместья — в соответствии с завещанием они перенастроились на нового владельца.

Внутри особняка было тихо и пустынно — «личную ассистентку» деда я отпустил, когда вернулся из Баку. Девчонка была не на шутку расстроена…

Я машинально снял мокрую куртку, повесил её на вешалку, запер двери, активировал охранные заклинания по периметру, и поднялся по широкой лестнице на второй этаж.

Из-под двери библиотеки пробивалось слабое свечение…

Толкнув тяжёлую дубовую створку, я встал на пороге и посмотрел на деда.

Он сидел в глубоком кожаном кресле за массивным письменным столом. Живой и невредимый, если не считать ужасного шрама на левой щеке. Дмитрий перелистывал страницы старинной книги, будто ничего необычного не происходило.

И выглядел он не как монстр — как обычный человек.

Пока не захочет, чтобы было иначе.

— Привет, Марк, — произнёс он, лукаво глядя на меня.

— Привет, — улыбнулся я, и плюхнулся в кресло напротив, — Как тебе собственные похороны?

— Спасибо за трансляцию, — хмыкнул дед, — Но честно говоря, наблюдать за тем, как тебя самого хоронят, слегка жутковато, — он потер шрам на щеке, — Хотя я ожидал большего. Где все те, кого я спас во время прорывов из Урочища? Где те, кому помогал в Костроме? Чёрт возьми, даже соседи не соизволили прийти!