— Иньиго ты в своём уме? — тихо поинтересовался он, — это наш враг и более того дядя врага всего нашего рода. Встреча с ним — это самоубийство чистой воды, Каррильо де Акунья съест тебя живьём и не подавится.
— Надеюсь до этого не дойдёт, — улыбнулся я, — к тому же я возьму с собой охрану. Не переживайте дядя, всё будет в порядке.
— Я поеду с тобой! — попытался сопротивляться он, но я отказался.
— Прошу меня простить, но я не могу вас взять, — покачал я головой, — могу лишь вам сказать, что он один из тех, ради кого я сюда приехал.
Епископ осуждающе покачал головой, но спорить не стал.
— Если не вернёшься до утра, я поднимаю всех, — предупредил он меня, на что я сразу согласился.
Остальное время до важной встречи я провёл словно на иголках, так что меня одели и нарядили за два часа до отмеченного срока, и я вынужден был сидеть, чтобы всю эту красоту не помять. Когда наконец к дому подъехала чужая повозка с двадцатью человеками охраны, я кивнул дяде, волновавшемуся за меня и вместе с Бернардом, Алонсо и своей охраной отправился на встречу.
Когда дверка чужой повозки открылась, я увидел внутри самого Каррильо де Акунья, одетого в фиолетовую сутану архиепископа.
— Внимание! Вам зачислено 1 очко за поиск нужного объекта!
— Внимание! Вам зачислено 1 очко за поиск нужного объекта!
— Внимание! Вам зачислено 1 очко за поиск нужного объекта!
Появились такие подзабытые мной системные сообщения нейроинтерфейса.
— Ваше преосвященство? — удивился я, показывая Бернарду, чтобы посадил меня внутрь одного, а они сами последовали в моей повозке сразу за отрядом, охранявшим архиепископа.
— Я решил, что важный для нас обоих разговор лучше всего начать с непринуждённой беседы по пути ко мне во дворец, — взрослый мужчина, даже в своей сутане выглядящий грозно из-за широких плеч, мощной шеи и волевого лица, мог напугать любого менее подготовленного человека, но не меня.
— Не могу не согласиться с вами, ваше преосвященство, — включил я режим «отец Иаков», — о важности этой встречи. Дела, да и общая наша занятость не позволила осуществиться ей раньше, но зато надеюсь к сегодняшнему дню, каждый из нас подошёл во всеоружии.
Мой ответ ему понравился, и он улыбнулся.
— Знаете граф, люди которых я просил охарактеризовать вас, делились всегда только на две категории, — спокойно ответил он, — первые говорили, что вы бесхребетный слизняк и урод, ищущий милости людей с властью, вторые, что с вами лучше не связываться.
— В свою очередь, ваше преосвященство, — улыбнулся я от подобных характеристик моей личности, — когда я узнавал о вас, все как один говорили, что от вас нужно держаться как можно дальше. Вы грозный противник с огромной властью.