— Что это за две тысячи золотых, сеньор Чакон, — показал я ему в книгу, — откуда они?
— Ваш дедушка выделил их, сеньор Иньиго, — удивился он, — я думал вы знали.
— Что это он задумал? — не понял я, зачем дедушка вкладывал деньги туда же, куда и я. У меня понятно были личные мотивы, но у него? К сожалению, этого не у кого было спросить, кроме самого главы моего рода.
— Не знаю, сеньор Иньиго, — пожал плечами дворянин, — мне просто привезли деньги и сказали тратить на инфантов, что я с радостью и сделал.
— Это заметно, — улыбнулся я, — появились траты на учителей пения и танцев.
— Я решил, что инфантам это тоже понадобится, особенно, если мы больше не испытываем недостаток в средствах.
— Смотрю корона на следующий год снова урезало вам обеспечение? — показал я на приход с большим вопросом.
— Мне обещали привезти больше, — он нахмурился, — но это мне обещают каждый год, а в итоге я не получаю ничего сверх того, что привозят вначале.
— Как дети? — я захлопнул все книги и положил их на кровать, показывая, что больше у меня к нему нет вопросов.
— Прекрасно, сеньор Иньиго, — с лёгкой улыбкой он убрал книги с кровати, переложив их на стол, — действительно много лучше. Хорошо питаются, много учатся, но мы с женой оставляем им время на игры и прогулки. Так что правда хорошо сеньор Иньиго, и всё благодаря вам.
— Трудности? Проблемы?
— Никаких сеньор Иньиго, слава господу, король Энрике о нас не вспоминает, а потому и остальным родам мы не нужны, — перекрестился он, — я каждый вечер молюсь богу, чтобы так и оставалось впредь.
— Помолюсь и я о том же, — вздохнул я.
— Мы не затрагивали подробно при вашем прошлом визите сеньор Иньиго ваших причин помощи инфантам, но всё же, я как их опекун, хотел бы их услышать, — лицо Гонсало Чакона посуровело, было видно, что он явно беспокоится о детях.
— Я конечно не господь, — вздохнул я, — но до меня доходят слухи, что король делает всё, чтобы королева забеременела. Даже обращается к иудейским врачам.
Глаза дворянина расширились.
— Если будет наследник, — он схватился за голову.
— Или наследница, — я пожал плечами, — в нашем случае неважно, Изабеллу и Альфонсо сразу же отзовут в Сеговию, ближе к королю, поскольку они становятся ему опасны.
— Начнётся борьба за влияние и на них тоже, — понял он, — а если королева не забеременеет, как и его первая жена?
— Значит будем считать, что ваши молитвы господь всё же услышал и детям ничего не угрожает, — пожал я плечами.
— Вы сказали про детей, и будущее королевства сеньор Иньиго, но не сказали про себя, — напомнил мне он.