— Конечно, не имел, — я усмехнулся, — ты просто всех скопом ненавидишь.
— В чём-то ты прав, признаю, — он задумался. Природа короны была такова, что отдать её Ирина должна была добровольно. Никакого воздействия ни на каком уровне эта дрянь не переносила. И даже то, что Ира её не видела, не играло никакого значения. — А теперь будь хорошим мальчиком и уговори эту прелестную девочку отдать мне корону.
— Нет, я же сказала, что ничего вам не отдам, — Ира старалась говорить твёрдо, но голос её при этом заметно дрожал. Она прекрасно понимала, что если этот странный тип прав, и у неё действительно где-то лежит корона, то от визитёров всех мастей она точно не избавится.
Падший задумчиво провёл пальцем по губам, и тут калитка распахнулась, и во двор ввалился Мазгамон.
— Ну долго вы здесь ещё будете непонятно чем заниматься? Забирайте уже эту дрянь и поехали отсюда, вы что, не видите, как на меня подозрительно те бабки косятся? — зашептал он таким громким шёпотом, что его услышала не только Ирина, но и пресловутые бабки, пытающиеся в окно из соседнего дома рассмотреть, что здесь происходит.
— Идиот, — прошипел я и, приобняв Ирину за плечи, уже хотел было сам попросить у неё отдать мне корону, чтобы потом можно было поторговаться с Падшими, как Мазгамон подскочил к девушке.
— Ну зачем тебе эта вульгарная цацка? Или ты не хочешь, чтобы у роз такой цвет пропадал? Так давай по-быстренькому сделку заключим, мне даже душа твоя не нужна, а только корона этой скотины, и они у тебя даже зимой цвести начнут, — он состроил страдальческую гримасу. — Ну что тебе стоит-то? Я тебе дело предлагаю, ты же добрая, а Мурмур — сволочь! И он меня убить пообещал, представляешь. А за что? Я, что ли, эту дурацкую корону сюда закинул?
— А он тоже ангел? — тихо спросила Ирина, поворачиваясь ко мне.
От такого заявления мы все втроём закашлялись: Велиал — от изумления, Мазгамон — от офигевания, а я — чтобы замаскировать хохот. Кое-как справившись с собой, я покачал головой.
— Нет, Ира, это не ангел даже близко, — выдавил я из себя и закусил губу, чтобы всё-таки не рассмеяться.
— Я демон. Демон перекрёстка, если для тебя это принципиально, — Мазгамон нервно оглянулся, а потом снова посмотрел на Ирину. — Ну что, сделку — и в школу не пойдём?
— Какой же он жалкий, — Велиал закрыл рукой лицо и покачал головой. — Я удивляюсь, как он вообще хоть одну сделку заключил.
— Я, между прочим, лучший работник месяца! И на этой проклятой земле сделал больше, чем все вы вместе взятые, так что не мешай мне, — развернувшись, Мазгамон ткнул пальцем в уставившегося на него Падшего, после чего перевёл взгляд на свою руку и потряс ей, засовывая в карман. — Само как-то получилось. Человеческие тела непредсказуемые, но вам-то откуда это знать, вам же не нужно ни в кого вселяться…