Лада продаёт чужие мечты о побеге — медовые месяцы, виллы, яхты. Сама же застряла в сером ноябре: предательство бывшего, ипотека, дни рождения без точки в конце. Вечер того же дня в агентство входит Роман Ветров. Высокий, молчаливый, с глазами, которые не обещают романтики, но гарантируют неприятную заинтересованность. Он покупает тур на двоих без спутницы, флиртует сквозь сарказм, исчезает в мокром вечере — и возвращается снова, уже не как клиент.

Лада злится, отступает, ловит себя на том, что ждёт. Он не давит, не объясняет, не обещает быть удобным — просто идёт к ней с той же неумолимой собранностью, с какой входил в двери. Между ними натягивается что-то, что не снимается шуткой: он видит слишком много, она боится, что привыкнет к этому вниманию, а он вдруг исчезнет. Но Роман не исчезает. И Лада уже не уверена, что хочет оставаться разумной.