Антон потерял покой. Ещё два месяца назад он вернулся с Этерниса, планируя осторожные вылазки, обмен рун на корешки лунной травы, тихую жизнь в деревенском доме. Теперь в его дворе пылит чужой чёрный джип, в доме рыщут люди с пистолетами, а по телефону незнакомый голос предлагает «гору бабла» за личную встречу. Травник, которого он придумал, чтобы скрыть от родителей настоящий источник дохода, превратился в товар. Кто-то из тех, кому он доверял, продал его Мезенцеву — человеку с золотыми часами и холодными глазами, привыкшему забирать, что хочет.

Антон — рунный маг без школы, без наставника, без понимания, на что способна его татуировка-водоворот. Он умеет ускоряться до посинения ног, лечить стариков и подстёгивать чужие организмы, прятаться за барьером от чужих глаз. Но каждая руна — угадайка: одна превращает фанеру в крафтовый шедевр, другая замораживает кисть, третья вселяет доверие к незнакомцу. Он учится методом тыка, на себе и на зверях, и каждый раз не знает, хватит ли силы, не исчерпал ли он неведомый запас. Эта неуверенность — его постоянная спутница, хуже волков за мембраной портала.

Межмировой коридор, где он обустроил лагерь, больше не убежище. Антон сам заманил туда троих головорезов, предполагая, что мембрана их пропустит, но стражи на той стороне их настигнут, и не ошибся: стражи с собачьими мордами и светящимися головами разорвали их за минуты. Он не чувствует раскаяния, но чувствует, что перешёл черту — теперь он убивает людей, пусть и не своими руками. Дом на Земле скомпрометирован, соседи видели бандитов, полиция найдёт машину. Остаётся Этернис: он до сих пор боится выйти к аборигенам там, девяносто девять процентов магов сильнее его. Антон заводит квадроцикл и гонит к порталу, зная, что с каждым днём прятаться становится дороже, а выбираться — страшнее.