Арслан Хасавов

…Сотрудники редакции так и не согласились с необходимостью прийти к добрососедским отношениям с людьми, живущими, нередко выросшими и даже родившимися в Доме Нирнзее. «Наша единственная задача, чтобы они от нас просто отстали, и чтобы мы жили, не замечая друг друга», – говорит автор нашумевшей статьи Игорь Дуардович. Однако жильцам, столкнувшимся со снижением качества своей повседневной жизни, не замечать «Вопли» не удаётся…

После крушения Советского Союза «толстые» литературные журналы взлетели на пик своей популярности, обеспечив широкое распространение и многомиллионные тиражи. Редакционные коллективы стали получать приличный доход, который к тому же в недалёкой перспективе обещал ещё и вырасти. В то время как наши особо предприимчивые сограждане начали переписывать на себя и своих близких заводы, пароходы и прочее государственное, а значит «ничейное» имущество, творческие сотрудники литературных изданий принялись регистрировать организации, которые бы могли стать правопреемниками известных брендов. Не остался в стороне от этих процессов и журнал «Вопросы литературы». Входя в перечень рецензируемых научных изданий и оставаясь своеобразным центром силы литературоведения, он публикует на своих страницах профессиональные разборы, в том числе и современных художественных произведений. Несмотря на то, что издание не является «толстым» литературным журналом в полном смысле этого слова, путь он прошёл всё-таки тот же. Так, в своё время Региональным общественным фондом «Литературная критика» была создана автономная некоммерческая организация «Вопросы литературы», которая и идеологически, и юридически стала правопреемницей известного издания. Президентом фонда, также как и руководителем АНО был и остаётся главный редактор журнала – известный российский критик и литературовед Игорь Олегович Шайтанов, а заодно и главный распорядитель премии «Русский Букер». К слову, под престижную премию, вы уже, наверное, догадались, также было создано юрлицо – одноимённый благотворительный фонд, директором которого также стал сами знаете кто.

Все эти зубодробительные процессы столкновения с бюрократической машиной были связаны не только с благородной попыткой сохранения очагов культуры для будущих поколений, но и более приземлёнными целями вроде управления недвижимостью, которая нередко находится в центре города и в стремительно меняющемся мире значительно превосходит нужды редакций. Всё это даёт возможность для извлечения дополнительной прибыли. Именно недвижимость, пожалуй, и становится самым лакомым кусочком в деятельности очень многих литературных журналов. Общество, в свою очередь, всегда с интересом наблюдает за скандалами, которые неизбежно разгораются на этой почве.

Новой темой для широкой дискуссии (в узких кругах) стал материал «Страх и трепет в «Доме Нирнзее». Кому мешает журнал «Вопросы литературы»?, опубликованный в «Новой газете» 20-го февраля 2018 года. Одиозный текст за подписью Игоря Дуардовича – сотрудника самого журнала – рассказывает о противостоянии между редакцией и жильцами, юридически организовавшимися в совет дома. Последние в данной статье представлены, мягко скажем, в крайне нелицеприятном виде. По словам автора заметки, жители всеми способами пытаются отобрать помещения, которыми исторически пользовалась редакция: захватывают имущество, запирают проходы между этажами на замок и т.д. По мнению Дуардовича, происходящее напрямую связано с коммерческими интересами Совета дома, иначе говоря, – с попыткой наложить лапу на субарендный бизнес, который, пожалуй, и является главной частью всей этой истории.

Рекомендуем:  Книга Владимира Полетаева «Прозрачный циферблат»

«Чего они добиваются? – под занавес своей статьи сокрушается Игорь. – Чтобы на месте журнала появился очередной барбершоп, стоматология или хостел?».

Дело в том, что в распоряжении журнала «Вопросы литературы» находится двухуровневый 10-й этаж Дома Нирнзее – почти шестьсот квадратных метров в самом центре столицы, Большом Гнездниковском переулке. Из кабинета генерального директора журнала Сергея Чередниченко открывается великолепный вид на старый город. Недалеко виднеются зубцы кремлёвских стен и мерцающие красным звёзды на башнях. Да, за этот вид можно отдать немало. И отдают. Сам Сергей не скрывает, что больше половины помещений различной площади сдается в субаренду, и их коммерческая стоимость соответствует жестокому рынку. Вместе с тем журнал, выплачивающий городу фиксированную ставку, получает субсидии на её покрытие. Получается, что именно субаренда и есть основной источник дохода издания и подпитки его деятельности.

В поисках правды и для установления справедливости мы решаем не ограничиваться встречей лишь с коллегами по перу, но и приглашаем к разговору жильцов, упомянутых в материале «Новой», среди которых Одинцова Екатерина Вахтанговна – секретарь совета дома. Мы встречаемся в небольшом техническом помещении, увешанном фотографиями фасадов здания. На небольшом столе лежат ватманы с поэтажными планами и технической документацией. Скоро в доме начнётся очередной ремонт с заменой кровли крыши. Немного позже к разговору подключается и известный москвовед Михаил Борисович Фёдоров, также проживающий в доме. Каждый из присутствующих до глубины души оскорблён тоном названной статьи: «Там же клевета настоящая. Причём так оскорбительно это всё написано. Домыслы выдаются за реальные факты. Вы знаете, так некрасиво. Мы как жильцы просто возмущены этой статьёй», – признаётся Михаил Фёдоров.

Последней каплей стало заявление Игоря Дуардовича о том, что «толстые» литературные журналы находятся на грани исчезновения из-за непосильной аренды, а государство не стремится их спасать. «Однако – по словам автора – находятся ещё и мелкие стервятники, у которых 1937 год, видимо, отпечатался генетически, внучки Вышинского с предпринимательской жилкой. Они позорят коренных москвичей и свой легендарный дом, культурное и литературное место силы, связанное с именами Булгакова, Маяковского и др.». Для жильцов дома, чьи родственники стали жертвами сталинских репрессий, это был удар под дых. «Нас назвали внуками Вышинского, – с негодованием говорит Надежда Гвоздева, член совета дома, присоединившийся к нашей встрече – Дед Екатерины Вахтанговны был расстрелян, мой отсидел четырнадцать лет. Оба пострадали во время репрессий. Кто дал им право?» На глазах женщины наворачиваются слёзы, и вопрос остаётся висеть в подрагивающем весеннем воздухе.

По словам жильцов, претензий к работе журнала «Вопросы литературы» у них нет и не было. Напротив, они, судя по их словам, всегда пытаются создавать максимально комфортные условия для работы творческих сотрудников.

«В принципе, у нас было только одно требование, – говорят они, – Ребят, соблюдайте свой официально заявленный на сайте график работы дня. Не работайте ночью, что вы там делаете? В субботу-воскресенье у них всегда выходной. И здесь вообще было тихо. Сейчас им надо деньги получить, а нам приходится в течение круглых суток терпеть этих людей у себя над головами. Что они там делают, – мы не знаем. Точно не стихи пишут».

Рекомендуем:  Константин Мильчин о Максиме Горьком

Екатерина Вахтанговна и Надежда Вячеславовна живут на девятом этаже – прямо под редакцией журнала. По их словам, деревянные перекрытия дома позволяют слышать едва ли не каждый шорох. Ночью такое соседство становится невыносимым. Как выясняется, при попытках урегулировать конфликт сотрудники журнала отказываются идти хоть на какие-либо компромиссы. Главный редактор издания Игорь Олегович Шайтанов, со слов секретаря совета дома, при встрече прямо заявил: «не нравится – съезжайте». Масла в огонь подливает и Сергей Чередниченко, который якобы огрызнулся: «Сидите и не высовывайтесь из своих квартир». Надежда Гвоздева недоумевает, как так, ведь семья её супруга живёт в Доме Нирнзее с 1923 года.

В разговоре с нами, Сергей Чередниченко подтверждает позицию журнала – «Вопросы литературы» не обязаны соблюдать никакого режима и уж тем более отчитываться о своей хозяйственной деятельности перед жильцами и советом дома. Примерно такими же правами «Вопли» наделяют и субарендаторов. Выходит, что всякий, кто снимет у них офис, может использовать эти помещения едва ли не круглосуточно.

Сергей ЧЕРЕДНИЧЕНКО (за столом) и Игорь ДУАРДОВИЧ

в редакции «Вопросов литературы»

 

Если говорить о самих субарендаторах, то люди это далеко нетривиальные. Три кабинета, к примеру, снимает Алексей Викторович Чадаев – журналист и политолог, общественный деятель. Он же, к слову, не так давно стал советником на общественных началах спикера Госдумы Вячеслава Володина. Именно в этих стенах, по словам Сергея Чередниченко и Игоря Дуардовича, была написана его книга «Путин. Наши ценности», совсем недавно вышедшая в столичном издательстве «Эксмо». Другой субарендатор – Айдан Орланович Чолбеней – со слов жильцов, регулярно находится под бдительным контролем органов правопорядка. В 2016 году одно из помещений, арендованных Айданом у «Вопросов литературы», было подвергнуто обыску, после чего молодого человека арестовали за мошенничество. Освободившись условно-досрочно, Чолбеней, к удивлению жильцов, вновь оказался в стенах редакции. Его отец, к слову, бывший руководитель постоянного представительства Республики Тыва в Москве – Орлан Чолбеней – в 2010 году также был осуждён за мошенничество на три года лишения свободы. Сам Айдан, однако, пользуется в редакции большим авторитетом. Сотрудники подчёркивают, что он как никто заботится о сохранении Дома Нирнзее – реставрирует окна и ремонтирует помещения, за что по взаиморасчёту некоторое время использует офисы безвозмездно. Не исключено, что взаимная симпатия и привязанность объясняется просто – Сергей Чередниченко сам родом из Тывы.

По словам жильцов, отдельной претензией было то, что редакция «Вопросов литературы», пользуясь общедомовым имуществом, не оплачивает взносов. Так, на протяжении длительного времени жителям дома не удавалось убедить сотрудников издания установить счётчики воды, что, в результате перерасчётов, ежемесячно превращалось в дополнительную сумму в их квитанциях. Позднее совет дома настоятельно просил редакцию оплачивать услуги консьержа и не выходить на неэксплуатируемую крышу и кровлю. Тема использования крыши, кстати, действительно актуальна – можно найти массу фотосвидетельств этому в аккаунтах сотрудников журнала в социальных сетях. Там, на свежем воздухе, похоже, регулярно проходят фотосессии, встречи друзей и коллег, много других небезынтересных событий.

Рекомендуем:  Ганна Шевченко

В периоды обострения конфликта взаимное недопонимание доходит даже до рукоприкладства. Не так давно, к примеру, по словам жильцов, от одного из субарендаторов досталось и консьержке – пожилой женщине, которая в меру своих сил обеспечивает порядок в подъезде. «Консьержку оскорбили, старую женщину, она чуть в обморок не упала, ей скорую вызывали, – рассказывает один из жильцов дома, – но субарендатор вырывал у неё из рук связку ключей с таким агрессивным напором, что на следующий день она пришла с ободранными руками». Консьержке, хотя о возрасте дам говорить неприлично, семьдесят пять лет. Платить взносы за её работу, как вы, наверное, уже поняли, редакция «Воплей» также последовательно отказывается.

Сотрудники редакции так и не согласились с необходимостью прийти к добрососедским отношениям с людьми, живущими, нередко выросшими и даже родившимися в Доме Нирнзее. «Наша единственная задача, чтобы они от нас просто отстали, и чтобы мы жили, не замечая друг друга», – говорит автор нашумевшей статьи Игорь Дуардович. Однако жильцам, столкнувшимся со снижением качества своей повседневной жизни, не замечать «Вопли» не удаётся.

В последние годы жизнь «толстых» литературных журналов сильно изменилась. Тиражи значительно упали, о широких сетях распространения говорить в этой связи не приходится. Всё чаще кричат о необходимости спасения то одного, то другого журнала. Для широких масс все эти истории становятся интересными, лишь когда выливаются в громкие конфликты. Так, например, со скандалами, чуть ли не в прямом эфире своего помещения лишалась редакция «Дружба народов». Менее ярко своё историческое помещение потерял журнал «Октябрь». Схожие проблемы преследуют и газеты – давно борющуюся за выживание «Литературную Россию» и «Литературную газету», за последние несколько лет сменившую не менее трёх адресов. Крики о помощи и спасении с разной периодичностью звучат отовсюду. Теперь крики перешли в «Вопли», доносящиеся из-за высоких окон исторического дома.

Всплеск общественного интереса, как правило, утихает также неожиданно, как и поднялся, без углубления в саму проблему. За криками «караул» и стенаниями о разрушении очередного очага культуры ничего, как правило, не стоит. А вот за фасадом газетных полос находится простое и старое как мир неумение договориться, за яркими заявлениями – раздутое эго, за броскими обороняющимися формулировками – коммерческие интересы. В этой ситуации, выбирая между благами харизматичных и влиятельных субарендаторов и судьбой простых жителей, вопреки всему стремящихся наладить мирное существование в стенах дорогого сердцу дома, волей-неволей встаёшь на сторону последних.

Подводя черту, хочется сказать, что высокий пафос всякой творческой деятельности связан не с разрушением и битвой, а поиском взаимопонимания и компромиссов. Главные вопросы всегда вокруг нас, а уж после их решения можно с чистой совестью вновь возвращаться к высоким материям.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: